Назад в СССР 7 читать онлайн

Обложка книги Назад в СССР 7
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Попаданец Андрей Петров после вручения ордена "Красной Звезды" из рук самого Щелокова продвинулся по карьерной лестнице. На дворе переломный 1982 год. Спецгруппе Горохова поручено новое задание. Никто не знал, что банальное убийство актера Большего театра в Москве повлечёт череду загадочных преступлений и интриг. На кону не только репутация группы, но и судьба страны...

О книге

Открывайте «Назад в СССР 7» и читайте — текст лежит здесь целиком, бесплатно, без регистраций и подтверждений номера. Жанр — Легкое чтение, Фантастика, Зарубежная фантастика. Никаких обрезанных глав и предложений «оплати подписку, чтобы узнать, чем всё кончится»: книга представлена в том виде, в каком её написал Рафаэль Дамиров.

Прежде чем нырять в первую главу, гляньте аннотацию или авторское предисловие — обычно там в двух абзацах понятно, о чём вообще речь, какой настрой и стоит ли это вашего вечера. Предисловие публикуем как есть, без редакторских пересказов от себя. Если описания пока нет или оно куцее — оставьте коммент, найдём и добавим.

Текст разбит на страницы: глазам так комфортнее, чем листать бесконечную ленту, и читается дольше без усталости. Место, где остановились, сохраняется автоматически — закрыли вкладку, вернулись через неделю, и страница откроется ровно та же. Шрифт регулируется, фон переключается между светлой и тёмной темой: вечером с тёмной экран меньше слепит, днём светлая привычнее.

Под книгой — отзывы тех, кто уже прочёл. Туда заглядывать полезно: иногда вылезают спорные смыслы, которые сам пропустил, иногда — категоричные «не моё, не тратьте время», и тоже информация. Дочитали «Назад в СССР 7» — оставьте пару строк, кому-то это поможет решить.

Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

— Почему сразу маньяка? Я уже Никите Егоровичу высказывал свое мнение, что, возможно, мотив не несет в себе маниакальный подтекст. Не каждое многоэпизодное убийство — дело рук маньяков.

— А вот этот как раз не такой, — загадочно проговорила Света.

— Ну-ка… — я вдавил трубку в ухо и даже рот чуть приоткрыл, чтобы лучше слышать. — Рассказывай. Что там у тебя по психотипу убийцы?

— Очень интересный случай, — продолжала Света нагнетать интригу. — Эти порезы на животе у всех жертв…

— Ну?

— Они напоминают разрезы кесарева сечения.

— Ты хочешь сказать, что жертвы были беременны? Нет. Это исключено. Экспертизы же проводились. Да и у мужиков такие же раны. У Дицони и у Слободчука — местного адвоката. При чем тут беременность?

Света включила учительницу, это она умеет, но я не против был сейчас побыть школьником, лишь бы для дела польза была. К тому же, к такой училке я бы с удовольствием на уроки ходил и даже бы не сбегал с пацанами с горки на портфеле кататься.

— Это некий знак, отметка, — продолжала Света.

— Символизирует акт извлечения новой жизни.

— Да, но кесарево сечение не приводит к летальному исходу. А тут у нас все трупы.

— Это так. Пока на ум приходит только одно. Убийца проецирует некие события, скорее, из своего прошлого, которые являются для него травмирующими. Воспроизводит их постоянно, благодаря чему проживает их еще раз.

— Зачем? Чтобы снова испытать боль?

— Именно… Он получает выброс гормонов. Это как наркотик. Ему хочется вновь почувствовать подобные ощущения.

— А зачем убивать-то?

— А ты думаешь, кто-то позволил бы делать на себе кесарево добровольно? Без анестезии?

— Ну, да… Похоже на правду, — я задумчиво потер гладковыбритый подбородок. — Хочешь сказать, что все-таки маньяк.

— Еще, — продолжала Света, — я называю таких людей охотниками за властью. Их мотивирует и будоражит сам факт власти над беспомощной жертвой. Болезненное эго, ущемлённое когда-то в детстве, реабилитируется за счет боли других.

— Так. Есть мысли, что за изверг мог такое сотворить?

— Ищите обычного человека.

Все дело в том, что, скорее всего, он с детства осознавал свое отличие от окружающих и учился максимально убедительно «маскироваться», адаптироваться к нормам социального поведения и морали, хотя для него самого они пустой звук. Но понял, что без этого сложно выжить.

— А поконкретнее? Кого искать?

Вахрамеев притих, вслушиваясь в наш разговор.

— Убийцей может быть, например, какой-нибудь хирург, — продолжала Света.