Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Джулиана смущенно покосилась на Валеску, но та потихоньку улизнула, оставив ее наедине с Раймондом.

— Я бы не стал принимать сегодня снежную ванну, — сказал Раймонд, — но после встречи с родителями чувствую себя каким-то грязным. — Он сунул в бочку голову и принялся натирать снегом лицо и волосы. — Ужасно захотелось окунуться в свежий, чистый, холодный снег. Он меня очистит.

— Это чувство мне знакомо, — с вызовом произнесла Джулиана. — То же самое я ощущала вчера, когда прибыл настоящий зодчий.

— Отличное лекарство, — посоветовал Раймонд и двинулся к ней, зачерпнув целую горсть снега.

— Хотите попробовать?

— Нет! — взвизгнула Джулиана. — Я еще не сошла с ума.

Остановившись, Раймонд усмехнулся:

— Так вы простили меня за обман, миледи?

Она смотрела на него. Он был таким сильным, таким гордым. Только что он защитил ее от своих родителей. Что такое ее уязвленная гордость по сравнению с его муками? Ведь ему всю жизнь приходилось сражаться с этими страшными людьми, все время норовившими унизить и оскорбить его.

Увидев, что она колеблется, Раймонд сделал шаг вперед, и Джулиана поспешно сказала:

— Да-да, я вас прощаю.

Он слепил снежок и с улыбкой заметил:

— Прощать ближнего — истинное наслаждение.

— Я наслаждаюсь, — уверила его она.

— Ах, миледи, как вы добры!

— Я знаю.

Он поднял руку со снежком, и Джулиана отпрянула. Тогда, расхохотавшись, Раймонд растер снег о свою грудь.

Джулиана зябко поежилась, а он продолжил свою «ванну» — зачерпывал из бочки снег и втирал его в кожу.

Она, не раздеваясь, залезла под одеяло и зажмурилась, чтобы не видеть этой ужасной сцены. Однако глаза никак не желали оставаться закрытыми. Каким тощим и жалким был ее первый муж по сравнению с этим красавцем! Легко пренебрегать соблазнами любви, если ты никогда не видела, что такое настоящая мужская красота. Джулиана устыдилась собственной слабости и, чтобы скрыть смятение, спросила:

— А вы ругали короля за то, что он так унижает королеву?

— Что-что? — не расслышал Раймонд, увлеченный своим занятием.

— Ругали ли вы короля Генриха за то, что он так обходится с Элинор?

— Еще бы. Ругал, и очень сильно.

Раймонд зачерпнул еще снегу, стал обтирать свои длинные, мускулистые ноги.

Она закрыла глаза руками, чтобы не смотреть на него.

— За это он и наградил вас такими небогатыми землями.

— Не слушайте того, что говорят мои родители. В их словах нет ни грана правды. Генрих посоветовал мне жениться на вас в минуту особого расположения.