Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Джулиана решила, что нужно сопротивляться его чарам. Он хочет ее околдовать.

— Я ударила вас по плечу, — напомнила она.

— Верно. Но, когда полено просвистело над моим ухом, я услышал зов судьбы. Зов рока.

Джулиане не хотелось выглядеть простушкой, но любопытство пересилило, и она не удержалась:

— Что такое «рок»?

— Обитатели пустынь верят, что жизнь человека предопределена заранее. Что должно случиться, то и случится. Это они называют «рок».

В ее глазах появился невольный интерес. Она совсем и забыла, что этот человек порывал в плену у сарацинов.

Заезжий менестрель пел балладу о Раймонде Авраше, прославлял его, словно сказочного героя. Джулиана не очень-то верила в существование героев. По опыту она знала, что мужчинам свойственно бахвалиться своими свершениями, нисколько не заботясь о достоверности. Однако, глядя на Раймонда, нельзя было усомниться в его смелости и отваге.

— Что еще полезного узнали вы в крестовом походе?

Он заколебался. Это продолжалось всего долю секунды, никто другой и не заметил бы.

Но Джулиана уловила и призадумалась — что бы это значило. Однако Раймонд сделал над собой усилие и нарочито веселым тоном воскликнул:

— Я понял, что противиться року бессмысленно, и потому буду добиваться вас всеми доступными средствами.

Она хотела вырвать руку, но не получилось. Ведя пальцем по ее ладони, он сказал:

— У вас глубокая линия сердца. Валеска сказала бы, что это свидетельствует о страсти. Я приложу все силы, чтобы разжечь в вас эту страсть. Скорей бы уж в вашем сердце разгорелся ее пожар.

— Страсть? — Она презрительно фыркнула, стараясь подражать сэру Джозефу. — Нет во мне никакой страсти. Мужчины — это пиявки, сосущие кровь.

Он запрокинул голову и расхохотался — так звонко, что все в зале замерли.

— Это правда! — рассердилась Джулиана. — В страсти все наслаждение достается мужчине, а женщина лишь платит. Вот и в нашем браке плачу я, а не вы.

Он перестал смеяться и шумно вздохнул, словно она нанесла ему неожиданный удар.

Раймонд потер небритую щеку, а Джулиане неудержимо захотелось сделать то же самое — дотронуться до его лица.

Не сердись, мысленно сказала она, я выйду за тебя замуж, и все будет хорошо. Однако в следующую же секунду Джулиана испугалась собственных мыслей.

Лицо Раймонда внезапно просияло лучезарной мальчишеской улыбкой, и он снова превратился в неотразимого покорителя женских сердец."

"— Вообще-то вы правы, — признал он. — Получается, что я — вроде дорогой шлюхи.