Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Джулия с трудом выровняла дыхание:

— Дженарро…

Тот склонился в учтивом поклоне. Маленькие блеклые глазки будто метнули стальные иглы:

— К услугам сеньоры… — Он тут же разогнулся и развернулся к выходу из галереи: — Но вам не стоило приходить сюда. Позвольте сопроводить вас.

Он бесцеремонно взял ее под локоть и повлек прочь. Джулия вырвалась и остановилась:

— Мне непременно нужно видеть твоего господина. Это важно, Дженарро. Очень важно. Прошу!

Тот лишь покачал головой:"

"— Никак нельзя, сеньора.

Он вновь тронул за руку, но Джулия снова упрямо вырвалась:

— Прошу, Дженарро! Скажи, он приказал не пускать меня, да? Он злится на меня?

— Все не так, сеньора, но сейчас вам нужно уйти. Немедленно. Мой сеньор не может принять вас. Не сегодня.

— А когда? Завтра?

Дженарро покачал головой:

— Я не могу знать этого, драгоценная сеньора. Полагаю, он сам посетит вас, когда сочтет нужным.

Джулия опустила голову, понимая, что из глаз вот-вот польются слезы. Она смотрела под ноги, стараясь прийти в себя.

На ободранные и невычищенные сапоги камердинера, которые вдруг неистово залило ярким голубым светом. Таким нестерпимым, что едва не резануло по глазам. Дженарро вздрогнул всем телом. Они стояли прямо напротив подвальной двери, а свечение будто прорезало крепкое окованное дерево.

Дженарро схватил Джулию за руку, не церемонясь, и буквально поволок к выходу из галереи, как тряпичную куклу:

— Не приходите сюда больше. Вы слышите, драгоценная сеньора? Не смейте! Это приказ моего господина.

Он разжал пальцы, оставив тупую боль, и, сломя голову, побежал обратно.

Джулия долго стояла в растерянности, понимая, что только что видела отголоски настоящей магии. Настолько сильной, что это не укладывалось в голове.

Глава 39

Джулия вышла в сад. Она не знала, куда еще пойти. Альба поймет, что что-то не так, и снова будет донимать вопросами. Уже не удержится. А Джулия и сама не знала ответов. Тем более теперь.

Она не могла даже предположить, что происходило за той дверью, никогда не видела подобного. Магия брата, как и магия других одаренных семей, вырождалась, ее едва хватало на брачные обряды и незначительные мелочи. Ученые мужи объясняли это неразумной преемственностью. Дар передавался от умирающего отца к старшему сыну — и лишь тогда не претерпевал изменений. Но не всегда это было возможно, порой прямых наследников попросту не оставалось.