Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Будто разбили о мрамор тонкое стекло, и битое крошево с легким позвякиванием падало на пол. Джулия на миг растерялась. Беспомощно смотрела по сторонам, поймала встревоженный взгляд Розабеллы. Девчушка шагнула к тиранихе:

— Матушка…

Но стерва, тут же, выставила ладонь, останавливая. Даже не смотрела на дочь:

— Молчи, Розабелла. И не смей открывать рта до тех пор, пока я тебе не позволю.

Бедняжке оставалось лишь опустить голову.

Джулия посмотрела на лекаря:

— Маэстро Мерригар… кажется, вы давали клятву, как любой врач.

Так почему вы стоите, когда рядом умирает человек? Почему не выполняете приказ вашего сеньора?"

"Лекарь ничего не ответил, лишь утирал ладонью лоб, покрывшийся испариной. Какое-то время в комнате висела плотная липкая тишина. Мерригар все же не выдержал, шагнул к креслу:

— Сеньора Антонелла, сеньора Джулия права. Я должен хотя бы взглянуть, нуждается ли больной в моей помощи.

Тираниха неестественно выпрямилась в своем кресле:

— Я приказываю вам остаться, Мерригар! Все это выдумки вздорной девицы, которая решила, что может распоряжаться в моем доме.

Такому не бывать!

Тот поник и сделал шаг назад. Джулия смотрела в прекрасное лицо тиранихи и лишь удивлялась, сколько злобы и желчи скрыто под ним. Стерва наверняка хотя бы на крупицу допускала, что Фацио мог прислать Джулию, и хотела лишь одного — чтобы та не выполнила поручение. Пусть даже ценой чужой жизни… Но это же бесчеловечно! Противоречит всем законам: и людским, и божьим.

Джулия выпрямилась, подняла голову:

— Маэстро Мерригар, именем сеньора Фацио я приказываю вам немедленно явиться в его покои, осмотреть раненого и оказать всю надлежащую помощь.

Вы поняли меня?

Лекарь посмотрел на тираниху, и тут же поклонился Джулии:

— Как прикажет сеньора.

Он направился к выходу, и в тишине еще долго раздавался звук его тяжелых неровных шагов. Как барабанные удары или стук встревоженного сердца.

Стерва будто онемела. Смотрела на Джулию, как на редкую отвратительную гадину. Наконец, очнулась:

Джулия сглотнула:

— Он сам дал мне это право, сеньора.

И, полагаю, вы понимаете, что я не лгу. — Она поклонилась, как полагалось: — Доброй ночи, сеньора.

Джулия развернулась и, едва не срываясь на бег, покинула покои тиранихи. Юркнула в свою дверь, у которой не было никаких бдительных лакеев. Пустота снаружи, пустота внутри. Лишь Лапушка обрадовался ее возвращению до поскуливания и тявканья. Только Лапушка…

Альбы в покоях не было.

Глава 46

На консоли у входа в комнату горела дежурная свеча.