Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Ох, и выдумщица ты, сестричка моя! – восхитилась Мария, – Спасибо тебе большое!

Слава о таланте Надийки, о чудесных её вышивках, разнеслась далеко. Этому способствовали и людская молва, и Влас с батюшкой, и Корней. Много заказов поступало девочке из соседних деревень и даже из дальних, из большого села, и даже из города. Надийка никому не отказывала, бралась за любую работу, только порою, по своей привычке, вышивала не то, что хотел человек, а то, что подсказывало ей сердце.

Некоторые бывали этим возмущены поначалу, однако старые заказчики рассказывали свои истории о даре Надийки, о том, что эта мастерица безошибочно угадывает будущее, и своей вышивкой всегда подсказывает человеку без слов, как нужно поступить и что его ожидает в скором времени.

Свадьба Марии и Степана была шумной и весёлой. Играли её в селе, где жили Корней со Степаном, однако жить молодые приехали в дом приёмных родителей невесты – Глафиры и Николая. Мария упросила о том мужа, жалея одиноких людей, что стали ей родными, а теперь снова должны были остаться в пустом тихом доме одни.

Степан, поначалу не хотел того, да Корней сказал брату:

– Они люди хорошие, горе большое пережили, единственного сына потеряли, вот и станешь ты им названым сыном. А там внуки пойдут, будут у вас любящие бабушка с дедом, помощники во всём.

И Степан, подумав, согласился, послушался старшего брата.

Надийка же радовалась этому больше всех, теперь они с Марией могли ездить на ярмарку в село, когда пожелают, никого не прося, стоило им только сказать Степану – тот запрягал лошадку, и они отправлялись в путь, встречались в большом селе с Корнеем, который всегда с радостью принимал их в гостях, закупались всем необходимым на торговых рядах.

– Ласточка ты моя, как же ты всё успеваешь? – удивлялся каждый раз Корней тому количеству работ, что привозила ему Надийка.

– И сама не знаю, дядя Корней, откуда время берётся, – смеялась Надийка, – Шью и шью.

– Умница ты наша, – хвалил её Корней, и отдавал заработанные денежки, которые Надийка привозила бабушке.

Та целовала её в макушку, крестила, плакала.

– Ну, что же ты плачешь, бабуся? – спрашивала Надийка, – Ведь всё же хорошо.

– Всё хорошо, моя милая, – соглашалась Захариха, и обнимала свою любимицу."

"Когда зима уже переходила в весну, в деревню приехал батюшка.