Name: Ночной клуб на Лысой горе
Author: Дарья Донцова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Неужели пакостника не наказали строго? — рассердилась я. — Разве можно пугать посетителей зоопарка, среди которых были дети, столь отвратительной выходкой?

— Нет, Змея наказали: приговорили к штрафу и общественным работам, — прогудел Лёня. — Он мел улицы и — получил небывалый пиар. Народ узнал, где Касьянов будет порядок наводить, туда съехалась масса его поклонников, устроили митинг с лозунгами «Свободу Змею!». Думаю, мужик заработал кучу денег.

— Каким образом? — спросила я."

"— Реклама, — коротко ответил Лёня.

— Портал «Вся правда о лжи» порылся в грязном белье Федора и выставил на всеобщее обозрение его биографию. Учился в институте, имел славу любителя вечеринок, пил, гулял, веселился. Потом остепенился, начал писать картины, в основном портреты. Работал по заказу, малевал по фотографиям разных начальников, когда их подхалимы-подчиненные хотели сделать подарок боссу, скажем, на день рождения. Корреспондент назвал Касьянова родоначальником жанра «Современный ужас».

Журналист утверждал, что именно Змей придумал копировать картины всемирно известных художников, вписывая в них фигуру заказчика, — репортер увидел в вип-зале одного банка полотно Жака Луи Давида «Наполеон на Сен-Бернарском перевале». Слышала про такое?

— Конечно, — ответила я. — Полотно хранится в музее Мальмезон во Франции, расположенном в городке неподалеку от Парижа. Император сидит на белом жеребце, который встал на дыбы, одна рука Бонапарта поднята.

— Вот-вот! — обрадовался эксперт.

— А копия картины очутилась в банке, но вместо лица правителя Франции там оказался светлый лик хозяина банка. На полотне был указан год создания, а вместо подписи автора стоял знак змеи. Касьянов состряпал подделку давным-давно, когда никто еще ничем подобным не занимался. Судя по тому, как быстро он купил себе квартиру, машину, дачу, дела его шли без сучка без задоринки. Но где солидный доход, там и жирная зависть. Коллеги живописца стали упрекать Касьянова в продаже своих идеалов за звонкую монету.

В трубке послышался шорох.

— Зачитываю отрывок из статьи, которую опубликовал некий Никита Молодкин. Название опуса «Кем стали те, кого мы считали великими революционерами». Так, вот: «И наконец, Змей. Отлично помню Федю Касьянова, главного оратора на открытии нелегальной выставки на даче скульптора Знатова… На дворе советское время. Федору только исполнилось двадцать, он стоит у входа в дом.