Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Лисберн развернул Леони к себе лицом и впился в нее поцелуем, обхватив руками почти обнаженное тело. На этот раз не было никакой нерешительности и никакого сомнения. Защита рухнула, и она оказалась в его объятиях мягкая, теплая и податливая. Его Венера! Теперь не осталось места для размышлений, что правильно и неправильно, что хорошо, что плохо."

"Глубокий поцелуй опьянил Саймона. Кожа у нее была бархатистая. Он стянул с нее нижнюю сорочку и отбросил в сторону. Взяв ее груди в ладони, поцеловал, а потом легонько пососал их.

Поласкал живот, проведя рукой ниже, наткнулся на завитки рыжих волос у нее между бедрами. Когда тронул ее там, она тихо ахнула.

Лисберн помедлил.

— Тебе больно?

— Нет. — Леони открыла глаза. Такие голубые! — Мои чулки, — сказала она слегка охрипшим голосом.

От этого его бросило в жар, еще немного, и он полностью потеряет контроль над собой. Ему удалось произнести:

— Я хочу, чтобы они остались.

Леони вздрогнула.

— А ты?

— Я сниму сюртук.

Она подняла на него широко открытые и потемневшие глаза.

— Этого мало.

Протянула руки и развязала ему шейный платок. Руки у нее дрожали, как и у него. Сдернула платок с шеи и уронила на пол. Быстро расстегнула пуговицы на его жилете, потом на сорочке. Распахнула ее на груди.

— Вот, — прошептала она. И поцеловала его в основание горла. А затем наградила еще поцелуями, двигаясь ниже и ниже, как целовал ее Лисберн перед этим.

Если он не будет действовать быстро, то опозорится.

Саймон уложил ее на кушетку.

Он не хотел торопиться.

Так и сделал — раздевал ее медленно, ласкал осторожно и нежно, как будто приручал птичку. Полагался только на свое чутье, не слыша ее голоса, не видя выражения ее глаз, не ощущая ее прикосновений.

Волнуясь, быстро избавился от того, что оставалось на нем — обуви, чулок и брюк, словно больше не хотел терять ни секунды, словно испугался, что птичка упорхнет. Сорочка была достаточно длинной, чтобы прикрыть его естество, но не могла скрыть его возбуждения. Он мельком заметил, что Леони не может оторвать взгляд от этого места.

Затем стянул сорочку через голову и отбросил ее в сторону.

— Mon Dieu, — сказала она.[17]

Кровь застучала в ушах, но он остановился, услышав этот тихий возглас удивления. Леони изучала его. Широко открытые глаза бегали вверх и вниз, рассматривая напряженное естество.

Потом она набрала полную грудь воздуха, тихо выдохнула и произнесла по-французски неверным голосом:

— Ты очень красив. Иди ко мне.