Пиранья. Флибустьерские волны читать онлайн

«Сваливать надо отсюда к чертовой матери, вот что, – подумал он сердито. – Пока еще есть возможность, пока коготок не увяз. А если она все же оттуда? Сколько их, таких, было в жизни – клятая Наташка Пушкина не первая, отнюдь... Сваливать отсюда, наплевав на те перспективы, что устроили бы Лаврика... Пусть сам разрабатывает, если ему охота...»

Содрогаясь от мучительной раздвоенности помыслов, он все же плюхнул тонкий стакан на столик и встал.

– Эй! – воскликнула Кимберли. – Ты куда это?

Мазур посмотрел на нее сверху вниз и сказал чистейшую правду:

– Если я сейчас не уйду, тебе придется кусаться и царапаться.

Кимберли, не глядя, отставила стакан, едва не промахнувшись мимо столика, встала, придвинулась вплотную и, глядя снизу вверх с подначивающей улыбкой, спросила:

– А почему ты решил, дубина австралийская, что я буду кусаться?"

"Положила ему руки на шею, закинула голову, зажмурилась – так что грех не поцеловать ее как следует, чтобы дыхание перехватило. Замысел был приведен в исполнение немедленно – а там и платье сползло с плеч, а там и свет погас, и томный вздох в ухо, когда тела слились, и первое движение под довольный стон.

...Мазур достаточно пожил на белом свете, чтобы уяснить: самое трудное в таких вот ситуациях – убраться поутру естественно и непринужденно, без малейшего душевного неудобства для себя и случайной подруги. Трезвым прохладным утром, надобно вам сказать, если сами этого не знаете, оборачивается по-всякому – свободно может оказаться, подруга, протрезвев, начнет сожалеть и обо всех вольностях, что позволяла ночью с собой проделывать, и о том, что вообще не выперла вас вчера к чертовой матери.

«Все-таки Голливуд, – сказал он себе, осторожненько примериваясь, как лучше всего выскользнуть из объятий безмятежно дрыхнувшей Кимберли, не потревожив ее. – Фабрика грез, фирма... Интересно, были ли в люстре фотокамеры, а в спинке кровати – микрофоны? Что, если в соседней комнате какая-нибудь циничная сука уже вдумчиво изучает пленки и аудиозаписи? А Билли Бат – вовсе не жалкий неудачник, а ловкий, целеустремленный, профессиональный мальчик из Лэнгли? Что, собственно, в этой гипотезе невероятного для познавшего циничную изнанку жизни человека?»

За окном уже наблюдался рассвет, оттуда струилась утренняя свежесть, а небо, насколько мог рассмотреть Мазур из постели, вновь стало лазурным – собирался-собирался шторм, да так и прокатился мимо.