Пленница греха читать онлайн

Остальные наряды обещали доставить на следующей неделе.

Единственный раз за весь день Чариз улыбнулась, когда увидела рисунки своих будущих платьев.

Гидеон подошел и встал рядом, когда она прислонилась к каменному парапету. Глаза ее, затененные полями шляпки, были печальны, уголки полных розовых губ опущены.

Ах, этот нежный рот…

От постоянного желания у него кружилась голова. Он презирал себя за это.

Господи, он был ненасытным сатиром. После того что он сделал с ней прошлой ночью, как мог он помыслить о том, чтобы снова притронуться к ней?

Чариз обернулась, перехватила его взгляд и покраснела, видимо, догадавшись о его мыслях.

"Должно быть, она презирала его. Ей следовало его презирать. Он обидел ее, причинил ей боль, а потом сорвался и плакал перед ней, как жалкий трус. Он плакал впервые за все то время, что прошло со времен его вызволения из темницы набоба.

Глаза ее стали темно-зелеными. Он не мог определить, что выражал ее взгляд. Хотя до событий прошлой ночи он мог бы сказать, что во взгляде ее читался интерес к нему.

Гидеон отшатнулся, словно она протянула к нему руки. Но ее руки в желтых перчатках по-прежнему сжимали перила парапета.

Сердце его стучало как барабан. Одной рукой он потер шею. Удивив его, Чариз тихо рассмеялась. Удивленно и раздосадованно.

Этот тихий музыкальный звук полился по его венам тягуче, словно мед. Этот звук, этот мед ее голбса, заставлял его желать то, что было ему недоступно. Он давно должен был привыкнуть к этой мысли и смириться, но отчего-то эта чертова пытка никогда не кончалась.

— Ты выглядишь почти робким.

— Господи, Чариз. — Он не знал, как выразить свое изумление. — Не может быть, чтобы ты находила забавным наше затруднительное положение.

Она перестала улыбаться.

— Лучше смеяться, чем плакать. — Она отвернулась и стала смотреть на море. — При желании ты мог бы увидеть то, что видят все, когда смотрят на нас. У официанта, который нас обслуживал утром, была такая масляная улыбка.

— Мы молодожены, если твои сводные братья надумают навести справки, я хочу, чтобы люди говорили, будто мы действительно вели себя, как молодожены.

— Тогда, возможно, тебе следует ко мне прикасаться, — тихо, но решительно сказала Чариз.

Гидеон молчал. Слышался лишь рокот волн, печальные крики чаек и стук колес по булыжной мостовой — за спиной у них была главная улица города.

— Чариз…

Она повернулась, и он увидел, что ей не до смеха. Ему тоже было не до смеха.