По прозвищу Святой. Книга вторая читать онлайн

В другой жизни и при других обстоятельствах — обязательно бы удержала.

Наступило бабье лето — короткая и чудесная пора, когда кажется, что лучше уже и быть не может и, наверное, примерно так выглядит рай…

Вот только в раю не бывает войн.

А здесь шла война. Самая страшная и жестокая война за всю историю человечества.

Максим ни на мгновение не забывал о том, что его никто не должен видеть. Вообще никто. Всегда был настороже, шёл бесшумно, улавливая чутким слухом далёкий гром артиллерийских орудий и стараясь не пропустить шорох чужих шагов.

Это и помогло понять, что за ним следят.

Он как раз выбрался на знакомую поляну, где обычно разминался, с каждым разом увеличивая интенсивность упражнений. Выбрался и сразу же ощутил на спине чей-то недобрый взгляд.

Словно холодок между лопаток пробежал.

Это хорошо, подумал. Значит, действительно, восстанавливаюсь.

Не оборачиваясь, вышел на середину поляны. Остановился, потянулся, подставляя лицо тёплым лучам осеннего солнышка.

Взгляд не исчезал.

Кто-то продолжал за ним неотступно следить, умело прячась в лесу.

Расслабленной походкой Максим пересёк поляну, скрылся за кустами и деверьями и перешёл в сверхрежим.

— Эй, — сказал КИР опасливо. — Не рановато?

— Я быстро, — ответил Максим. — И аккуратно.

— Ну-ну, — буркнул КИР и умолк.

Двигаясь, словно гонимый ветром призрак, Максим обошёл поляну по кругу.

Где-то здесь…

Вот он.

Заросший многодневной щетиной мужик в засаленной кепке, телогрейке поверх серой рубахи, в грязноватых бесформенных штанах, заправленных в нечищеные сапоги, вышел из-за ствола вековой липы и, пригибаясь, двинулся в сторону поляны, зыркая по сторонам.

В руках у мужика было одноствольное охотничье ружьё.

Судя по описанию Анны, — это и был Тарас Садовчий.

Проверим.

Максим бесшумно настиг его на краю поляны, дал подножку и одновременно выдернул из рук ружьё.

— … ядь! — вскрикнул мужик и свалился на землю.

Максим молча стоял.

Мужик уселся на опавших листьях, глядя на Максима снизу-вверх маленькими, глубоко посаженными глазами неопределённого цвета.

На вид ему было далеко за сорок, и ни малейшей симпатии он у Максима не вызывал. От него явственно несло страхом и ненавистью. Так пахнет застарелым потом и перегаром от давно пьющего и не моющегося человека. Аура у мужика была тускло-серая, в грязных расползшихся кляксами пятнах. Нездоровая аура — плохие мысли и низкие чувства.

Максим вышел из сверхрежима.

Мужик заморгал и потряс головой. Человек, стоявший над ним, неуловимо изменился.