Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я на тебя смотрю вот сейчас и прямо-таки удивляюсь, как ты с таким… с таким… чудовищем рядом можешь находиться и тем более о какой-то там любви говорить! Да он меня просто с землей сравнял, когда я, как идиот, раскололся и сказал ему, что… Короче, он был даже не в ярости… Получилось, что после нашего с ним того давнего разговора он был уверен… Ну да, я обещал ему… А он… Он же такой великий человек, распоряжения которого не только не обсуждаются, а выполняются прямо сиюминутно… А тут он узнал, что кто-то… Вообще буквально отброс какой-то посмел его ослушаться!.

Мне надоел этот бессвязный бред, и я сказала:

– Ты, Натаныч, зря в науку рванул после школы. Тебе надо было к Пырьеву идти. Он бы тебя сразу в главных ролях стал снимать. Вот что ты тут сидишь и распинаешься? Ты думаешь, я хоть что-то поняла из всего этого потока твоего словесного? А? Из-за чего он тебе выговор сделал? Что он такое узнал? О чем ты говоришь?

– Ни о чем!!! – рявкнул мой безумный друг и встал с дивана. – Иди домой. Я должен выполнить его задание и проинспектировать 2010 год параллельной реальности.

Я не могла поверить в то, что слышу:

– Но ты говорил, что нельзя летать в альтернативное настоящее!

Видимо, у него сдали нервы:

– В настоящее нельзя! А во вчерашний день можно! Вот туда я и отправлюсь по заданию твоего горячо любимого вождя! И не звони мне! Я сам объявлюсь, когда будет надо, а то ты надоела мне уже со своими овечьими глазами, полными слез от желания отправиться в 1937 год!

Поняв, что Натаныч с непривычки чуток перенапрягся, я встала и, помахав ему рукой, пошла к себе.

Обижаться не имело смысла. Если Сталин действительно на него за что-то там такое разозлился, то Натанычу можно было только посочувствовать, потому что я, к примеру, не могла спокойно выдерживать даже легкого недовольства своего высокопоставленного супруга. Кроме того, нельзя было сбрасывать со счетов и того, что мой друг просто-напросто не привык летать в прошлое и устал от всех этих безумных перемещений. «Слабак!» – подумала я и, чтобы хоть как-то убить время, отправилась в магазин за новым платьем…

В четыре часа ночи меня разбудил телефонный звонок:

– Если тебе интересно, что стало с миром к 2010 году, можешь прийти.

Но предупреждаю. У меня есть час. Потом я лягу спать, а утром полечу в 1937-й. Потому что сейчас лететь туда у меня нет никаких моральных сил. И желания тоже нет…

– Ну и?… – спросила я, проходя в комнату и садясь на диван.

Натаныч сидел за компьютером и крутил в руках штекер.