Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мы, конечно, сделали несколько совместных фотографий, и я знаю, что он запостил их у себя в соцсетях (интересно, у такого старикана есть этот, как его, LiveJournal?), но я не думала, что он рассказывает обо мне другим.

И мне это льстит.

– Да пойду я, пойду. Заедешь за мной?

– Да! Ох, Софи, ты моя спасительница. Спасибо, что, несмотря на свои моральные принципы, ты соглашаешься быть моей эскортницей. Я у тебя в неоплатном долгу – буквально неоплатном, я слишком горд, чтобы его возвращать. Боже, я просто… Это, знаешь, такие люди…

Он страдальчески вздыхает, и я его, в общем-то, понимаю, хотя мне неясно, что в его устах означает «такие люди»: хочется верить, что не те, которые постоянно спрашивают его, почему он еще одинок, и не слишком-то его ценят.

До этого момента я была целиком и полностью за, но формулировка меня настораживает. Я хмурюсь и кручусь в офисном кресле, чтобы унять тревогу.

– Ты говоришь – «такие люди»… В каком смысле?

– Ну знаешь, просто… – Он хмыкает и (я это просто вижу) закатывает глаза.

– Помнишь «Дневник Бриджит Джонс»?

– Они что, все носят большие утягивающие трусы и готовят голубой суп?

– Вроде нет… Хотя кто их знает. Наверняка они могут подать на стол голубой суп и назвать его деликатесом. Нет, я про ту сцену, когда она приходит на обед, а там все парами.

– О! – До меня начинает доходить, и, как только до меня наконец доходит, я повторяю: – О! Пожалуйста, не говори мне, что все они сплошь самодовольные женатики. Господи, ты тоже был таким? Как эти надутые умники, которые сводят человеческую личность к наличию обручального кольца?

Я шучу, но Гарри нервно молчит в трубку, и я тут же начинаю жалеть о сказанном.

Тот Гарри, которого я знаю, легкомысленный – что больше похоже на безрассудство, чем на непосредственность, – и, по-моему, какой-то потерянный. Он любит свое дело (оно достаточно ему нравится, чтобы работать с увлечением, даже перерабатывать), у него всегда находятся приятели, с которыми можно пропустить рюмочку вечером, и с ним интересно разговаривать.

Сложно представить, как он сидит в гостях за ужином, обсуждая ставки по ипотеке и дороговизну содержания детей, – или о чем еще говорят «такие люди».

И я снова вспоминаю, что он просто ищет кого-то, чтобы спастись от одиночества после развода, и что между нами все понарошку, а не всерьез. И, может быть, именно поэтому он так много работает и всегда находит приятелей, с которыми можно где-нибудь зависнуть.