Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

У меня есть… подобие социальной жизни, даже если она по большей части крутится вокруг чужих свадеб, чужого новоселья и моих свиданий. Даже если в последнее время она в основном связана с парнем, которого я уговорила стать моим фейковым бойфрендом.

Неужели моя жизнь такая никчемная? Я задаюсь этим вопросом – и вдруг понимаю, что спрашивать себя надо не об этом.

А вот о чем: неужели я так мало ценю то, что у меня есть, лишь потому, что мне не с кем это разделить?

Дункан смотрит на меня так, словно видит, как крутятся, жужжа, шестеренки у меня в голове, и понимает, что сам нечаянно запустил этот сложный механизм.

Он хмурится:

– Что я такого сказал?

– Я что, всегда такая, как ты описываешь?

– Не всегда, нет! – говорит он как-то слишком быстро. – Нет! Просто… Ну, в меру.

– Господи боже… Я такая, да?

Он вздыхает и смотрит на меня не моргая.

– Тебе по-честному или по-журналистски, позитивненько? Если хочешь, я выберу второе, но, сама понимаешь, буду немного предвзят – как хронически одинокий.

Мне нечего сказать: я слишком потрясена этим чудовищным, убийственным осознанием. Это еще противнее, чем скандал на вечеринке по случаю новоселья Фрэнки номер один, когда я подслушала, как Фрэнки номер два делает из меня стерву. Противнее, чем сожрать капкейк из собачьих консервов и потом почистить зубы пастой со вкусом говяжьей печени. Это даже хуже, чем пойти в кино на свой день рождения, так и не дождавшись лучшей подруги, которая отменила встречу в последний момент.

Достигнуть дна – вот как это называется: по сравнению с этим дном даже решение найти фейкового бойфренда, чтобы он пошел со мной на свадьбу к Джессике, выглядит как продуманное, рациональное и совершенно нормальное.

Дункан, похоже, замечает, что меня буквально парализовало. Поняв, что мои жалобы на расставание Талли с парнем закончились, он хлопает меня по плечу:

– Слушай, Баркер. Не заморачивайся на этот счет.

Я бы тоже напрягся, если бы все вокруг твердили про «часики тикают». Ты думаешь, мне приятно, когда очередная девушка начинает меня игнорить или бабушка грустно вздыхает, потому что я еще никого себе не нашел? Или, что еще хуже, когда девчонки спрашивают меня, что со мной не так, если в тридцать восемь лет я не женат и без детей, и делают вид, что пошутили, хотя все мы знаем, что это не шутка. Одиночество всех задалбывает.