Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Свен! Дай мне начальство!

Через пару мгновений трубку взял Юргенсон.

— Сэр, это Каррот. Мы подстрелили парней, которые ездили за нами по городу, что и как, объясню позже, а теперь мне нужно решить, что с ними делать.

— Это люди Рутберга?

— Я сомневаюсь, сэр, что-то не похожи.

— Включи камеру."

"Каррот нажал кнопку и навел камеру на раненого водителя.

— Ты на кого работаешь, сынок? — послышался голос Юргенсона, усиленный на полную громкость.

— Я не могу вам сказать, сэр, — ответил раненый.

— Каррот?

— Я здесь, сэр, — отозвался Каррот, прикладывая трубку к уху.

— Отпусти их, а если они сами ехать не в состоянии — довези до больницы. Я понимаю, ты удивлен, но что-то подсказывает мне, что их нужно отпустить. Разумеется, эти ребята больше не должны попадаться нам, объясни им это.

— Хорошо, сэр, я так и сделаю.

Каррот убрал телефон в карман, перехватил автомат и спросил:

— Ехать сможешь?

Раненый кивнул.

— Где ближайшая больница, знаешь?

Водитель дотянулся до руля и, ухватившись за него, сел.

— Да, я знаю, где больница…

— Тогда поезжай и больше нам не попадайся.

— Я понимаю.

Каррот захлопнул дверцу и отошел. Микроавтобус завелся и, роняя осколки стекла, поехал вдоль здания. Затем довольно уверенно свернул за угол, а Каррот поспешил к своей машине, где стоял слегка взволнованный Скип.

— Ты говорил с Юргенсоном?

— Да, — сказал Каррот, садясь за руль.

— И что он сказал?

— Но ты же видишь, они уезжают.

— А мы?

— Мы тоже уезжаем. Нам пора на ферму, доставить ценные сведения.

— Они действительно ценные?

— Действительно.

Последние два дня кабинет Рутберга напоминал филиал арсенала. В углах стояли коробки с патронами, на полу валялись перепачканные ружейным маслом тряпки и упаковочная бумага.

На столе, на креслах и поверх ящиков лежали готовые к применению автоматы, дробовики и пистолеты.

Бенетон не расставался с тяжелым «зирсом», редкой моделью короткоствольного автомата под девятимиллиметровый бронебойный патрон. Попасть из такого в цель можно было лишь при стрельбе в упор и только тому, кто не боялся мощной отдачи.

Бенетон не боялся, особенно в последние двое суток, когда Рутберг стал щедрее раздавать порошок.

Одновременно Бенетон не переставал экспериментировать с таблетками от зубной боли, хотя зубы у него не болели.

— Босс, пришел Ривейра с Бобом и Клейстоном, — сообщил по интеркому часовой.

— А это точно они? — спросил Бенетон, протирая тряпкой свой «зирс».

— А это точно они, Фил? — спросил у часового Рутберг.