Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Комната-кабинет была та же – высокий порог, ступеньки, длинный стол мореного дерева, массивные кресла, тахта, чайный столик в традиционном стиле с циновками, стеллажи, заполненные свитками за ширмой и репродукция «Грозовой охоты» на стене. Только хозяин кабинета сменился.

Коренастый широкоплечий Серый, с которым я общалась прошлый раз, в очередном вульгарном парчовом ханьфу, замер у стола в напряженной позе, а в кресле сидел, покручивая в руках маскарадную маску, инкрустированную драгоценными камнями и витыми шелковыми нитями… Я-син.

Белоснежные одежды, расшитые золотой нитью, так тонко, что рисунок видно, только если свет падает под определенным углом, длинные нервные музыкальные пальцы унизаны перстнями. Становилось сразу понятно, кто подбирал общий стиль – изящные статуэтки на столе, нефритовые пресс-папье, лаконичный и очень дорогой набор кистей в углу. Человек, которому долго и тщательно прививали вкус к неброской, а потому подлинной роскоши.

Лица было не видно – только длинная коса спускалась на плечи, заплетенная сложным южным рисунком.

Но и так можно было сказать, что Я-син красив. Некрасивые люди не держат так осанку, не принимают естественно ту позу, которая наилучшим образом подчеркнула бы их достоинства, хотя в этом не было смысла – под его маской не видно лица, серое марево скрывает всё, что выше плеч.

Повинуясь жесту изящного запястья, Серый зажег красную витую свечу «приватной встречи», щелкнув кольцами. Я непроизвольно поморщилась – даже это он сделал… грубо и топорно.

– Леди. Блау, – Я-син встал с кресла и отточенным движением склонился, поцеловав воздух у кончиков моих пальцев. Я рвано выдохнула, как будто получила удар поддых – я уже успела забыть, какой у этого конкретного Я-сина голос, как будто тебе залезли внутрь и мягким перышком пощекотали внутри – бархат и мёд. Поставленный правильно настолько, что только одно место в Империи могло выпускать таланты такого уровня – столичный факультет искусств.

– Господа, – короткий поклон равному.

– Прекрасная погода, не так ли? – тягуче произнес он, и мне показалось, что метель и правда была чудесной – буйство стихии должно быть прекрасно в любых проявлениях?

– Великолепная, – поддержала я. – Располагает к прогулкам.

– Мы благодарны, что вы приняли наше приглашение, – Я-син вернулся в кресло, после того как я устроилась в своем.

– От таких заманчивых… приглашений сложно отказаться, – хмыкнула я, вспомнив, что он наобещал в Вестнике.