Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Что я просила делать эти тридцать мгновений?

– Следить за сиром Хэсау, – ответил он с набитым ртом, быстро проглотил, облизнул крошки с уголков рта и обернулся. – Сир Хэсау в порядке. Молчит, – отрапортовал он.

– Я просила не оставлять его одного, – я взяла чистую широкую тарелку. – Сир Хэсау не всегда понимает те правила, которым нужно следовать… у него немного другое воспитание.

Наложила пару сырных лепешек, очень простых – Данд всегда их любил, пара круглых корзинок с рыбным паштетом – ему должно понравиться.

– Не оставлять одного – это значит не отходить дальше, чем на десять шагов.

– Вайю, я только…

– Праздники ещё будут, мы здесь не развлекаемся. Как только вернется менталист, мы уйдем. Двадцать мгновений мистер Лидс, и ни шагу в сторону. Иначе твои страхи перестанут быть беспочвенными.

Геб вздрогнул и посмотрел на меня с ужасом – поверил.

– И плетения, которые я использовала на сире Му не самые страшные…

Лидс шумно выдохнул, качнул вихрастой головой и тоскливо облизнулся, глядя на стол, ломившийся от закусок.

– Поешь дома. Закончим и ты свободен – повидаешься с Гектором и домой.

– Да. Вайю…, – Лидс опять успел что-то сунуть в рот и уже жевал, – Брата нет, в Хадж перебросили три дивизии Шестнадцатого прямо с утра, он ушел порталом.

– Не разговаривай с набитым ртом, – поправила я его машинально. – Насчет переброски – это точно?

– Ровно три, – кивнул Лидс, с удовольствием облизав кончики пальцев.

– Хорошо… отдай сиру Хэсау, – я посмотрела, как трое девиц окружили Дандалиона и по всем правилам наступления перекрыли ему пути отхода.

– Поторопись.

– Я понял! Уже бегу!

В руки мальчишке я всучила тарелку. На десерт брату – большой кусок черничного пирога – единственное из сладкого ресторации, что Данд стал бы есть.

– Бегу!

Марша вниз не спускалась, наблюдая за происходящим сверху. Слуги принесли пару кресел и поставили у перил маленький столик, и початую бутылку вина.

– Мирийское? – я хмыкнула, рассмотрев печать на пузатой бутыли. Одноклассникам таких изысков не подавали – никакого алкоголя.

Марша устроилась с большим комфортом.

– Не стоило уделять внимание Му…

– Фейу, – я вздохнула. – Тир уже прошипел мне на ушко всё, что он думает. Не стоит повторяться, – парировала я язвительно. – Просто наслаждайся музыкой, мирийским…"

"– Леди…, – Костас, взъерошенный и возбужденный, с блестящими одухотворенными глазами, приветствовал нас. К щуплой груди он прижимал закрытую тушницу, кисти и свиток.