Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А уж про сестёр и говорить нечего, не нужно им знать ничего об изумрудах.

Маме я показал небольшой мешочек камней граммов на триста, и даже этого было достаточно, чтобы ввести её в состояние гроги. Всё-таки в этом мешочке запредельное — по её меркам — состояние.

Только поздно вечером, наконец уложив спать разволновавшихся сестренок, мы с мамой сумели поговорить в спокойной обстановке.

Естественно, все началось с расспросов, где был, что делал и как добыл такие богатства.

Врать не хотелось, а правду рассказывать — тем более, поэтому поначалу я отвечал расплывчато, без конкретики.

Когда маму это не устроило и она начала настаивать на конкретных ответах, мне пришлось её слегка осадить.

— Мама, ты извини, но некоторых вещей я не могу рассказать даже тебе. Да, я рискнул, когда по записям отца отыскал эти изумруды, которые помогут в осуществлении некоторых наших планов. Но вот где именно я их нашёл и как добывал, знать тебе не нужно. И не подумай, что я тебе не доверяю, тут дело в другом.

Ведь добывать их было преступлением, на которое я пошёл сознательно. Оно тебе надо, участвовать во всём этом? Случись что, сестренок вырастить и воспитать будет некому. Поэтому распространяться об этом не нужно, это первое. И это только мой грех и отвечать в случае чего тоже мне. Это второе. Тебе об этом знать ничего не нужно в принципе.

Конечно, мама поначалу восприняла все сказанное мной довольно неоднозначно и начала втирать, что оно того не стоило, чтобы так рисковать.

Потом, понятно, ругалась. В общем, пришлось мне набраться терпения и слушать все, что в таких случаях должна высказать любая любящая мать. Я вынес все эти нотации, упрёки и поучения стойко, понимая, что маме нужно выпустить пар.

Только когда накал страстей пошёл на убыль, мы наконец приступили к конструктивному диалогу и начали думать, как нам лучше всего распорядиться этим богатством."

"По итогам своеобразного мозгового штурма пришли к однозначному выводу: нам ничего не остаётся, кроме как обратиться к знакомому ювелиру еврею у нас нет.

Конечно же, мне не очень хотелось, чтобы кто-нибудь из наших знакомых узнал о появившихся у нас камнях, но обращаться к совершенно незнакомым людям, да ещё в других городах, как я планировал изначально, чревато большими неприятностями. Мама мне это доказала на примере некоторых возникавших время от времени слухов об ограблении тех или иных людей.