Name: Сделка
Author: Марина Суржевская

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я топтался, иногда вскидывая вслед за всеми ладони и гулко притоптывая. Рядом пыхтел Орест, выписывая объёмным животом размашистые восьмерки, вокруг него смеялись и вились ученицы. Похоже, учителя изящных искусств в пансионате любили. Мой взгляд снова и снова искал в кругу смеющихся лиц лишь одно. Хотелось приблизиться, встать рядом. Дотронуться. Но Катерина ускользала. Вот только была рядом – и снова на другой стороне костра. Пронесется поблизости и исчезает. Девушка улыбалась, тень от венка прятала ее глаза, но я ощущал женский взгляд.

Запнувшись на очередном вираже, я тихо скользнул в сторону. Огляделся. Почти все гости плясали у огня, только старики остались на лавках, но и они благожелательно притоптывали, глядя на остальных. А вот Печорская и Ядвига Карловна так и не вошли в круг. Замерев в тени, они зорко присматривали за ученицами. Я проследил за взглядом сначала одной смотрительницы, потом второй… и меня поразила странная мысль.

Решив ее проверить, я снова вошел в круг и взял ладонь Лидии. Покружил, слегка придержав девушку за талию.

Выпустил, шагнул в тень. Ненароком обернулся на смотрительниц. Повторил тоже самое с Пелагеей. А потом с Анной. Улыбаясь, отошел к столу, словно бы промочить горло.

А сам тем временем не спускал глаз с женщин.

Что ж. Очевидно, странная догадка подтвердилась.

Внимание к этим ученицам не вызвало у них особого интереса. Хищные взгляды и Ядвиги, и Елизаветы были направлены на… Катерину.

Именно за ней внимательно наблюдали женщины, хмурясь, когда кто-то слишком близко приближался к ученице.

И это было в высшей степени странно. Даже если предположить, что дамы блюдут честь девушки, то почему именно Катя вызывает столь явное беспокойство? Не дочь барона или успешного купца, а безродная сирота?

– Подношение огню! – торжественно крикнул дед Кузьма, и танец на миг прервался. Люди бросились к лавкам, вытаскивая принесенные дары для духа пламени. Женщины приготовили соломенных куколок – одетых в платья из красных лоскутов и с нарисованными личиками. Мужчины несли к костру кусочки хлеба.

– А вы что же, Дмитрий Александрович? – рядом остановился пыхтящий от танцев Еропкин. Шумно напился холодного кваса, вытер лысину.

– Я не слишком-то верю во все эти… традиции.

– Понимаю, – кивнул Орест. – И все же не стоит обежать духов тайги. Особенно, если вы рассчитываете здесь остаться. Они знаете ли, могут и обидеться.

– Неужели? Вы правда в это верите?

Учитель танцев глянул косо и неожиданно серьезно.

– Я много лет здесь живу.