Следствие ведут знатоки читать онлайн

Озадаченно созерцал Пал Палыч пустоту, не желавшую заполняться Томиным. Чего проще? Завтра воскресенье, он свободен. Придет, как всегда, голодный, сначала съест заливного судака, потом… Нет, не приходил. И в понедельник не приходил. Странно.

Между тем народ снова потянулся к столу, где расставляли чашки и сладости.

— Павлуша! — окликнул старейший друг дома, застав Пал Палыча в задумчивости у телефона. — Можно подумать, гости тебе глубоко опротивели!

Пал Палыч сбросил вялость и присоединился к обществу. Первым делом он ссадил Графа с Колькиных колен, приказав не портить собаку.

Затем помог пажескому корпусу с включением электросамовара (его кто-то преподнес сегодня Маргарите Николаевне): шнур не доставал до розетки, требовался удлинитель. Следующим номером стало спасение Зиночки от посягательств Афанасия Николаевича. Сей милейший профессор на покое, пенсионер с незапамятных времен, пускался бурно ухаживать за женщинами, едва пригубив сухого винца.

— Спасибо, Пал Палыч, — потирая зацелованную до локтя руку, смеялась Зиночка.

 — Он уверял, что я напоминаю ему «утраченную в юные годы» мать… Слушай, как жаль, что Шурика нет. И спеть некому. Или сам рискнешь?

Знаменский, случалось, подпевал и аккомпанировал другу, благо гитарой владел отлично — еще отец обучил и пристрастил. И голосом Пал Палыча Бог не обидел. Но, поскольку своего он не сочинял, то при Томине держался в тени. Теперь же, не раздумывая, снял со стены семиструнную.

— Только для тебя, Зиночка!

Но запел не для нее и отнюдь не то, чего она ожидала — не из Сашиного репертуара, а из отцовского.

Тот любил полузабытые народные песни минорного или шутливого толка.

Вниз по Во-олге рекеС Нижня НовгородаСнаряжен стру-ужо-о-ок,Как стрела-а-а летит… —протяжно начал Пал Палыч и увидел осветившееся нежностью лицо Маргариты Николаевны.

Песня неспешно излагала убедительную просьбу одного из гребцов к товарищам: «Уж вы бросьте меня в Волгу-матушку»."

"Маргарита Николаевна осторожно поставила блюдо с пирогом и заслушалась.

Ни родные, ни друзья не представляли себе, какую брешь в ее душе пробила смерть Пашки-большого, как сам себя именовал в кругу семьи Павел Викентьевич Знаменский. Всегда бодрая, приветливая, любившая посмеяться, Маргарита Николаевна сиротствовала по мужу втайне, не ища сочувствия, никого не отягощая своей печалью. Она не потеряла вкуса к жизни, не хлюпала ночами в подушку — нет, но знала, что до последнего вздоха будет ощущать себя вдовой.