Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Подойти и извиниться? Да легче провалиться сквозь землю от стыда.

— Что вы тащитесь? — рявкнула Иданн, сердито печатая шаг. — Давайте быстрее.

Она очень спешила и выглядела такой злой, что и Фай, и Эвер старались лишний раз ее не трогать.

Наверное, он и правда ее сильно обидел. Скорее всего, тем, что не доставил ответное удовольствие. Но Иданн ведь сказала, что подождет, что прекрасно понимает, насколько Эверу тяжело, и не станет его торопить. Обманула. Обиделась. И теперь гневается.

Опустив голову, Эвер ругал себя последними словами.

Дурак. Идиот. Надо было переступить через свои страхи и приласкать любимую хотя бы пальцами. Ну, или пусть бы поскакала на нем. С него бы не убыло, зато сегодня они бы не тонули в черной ауре ее ярости.

— Иданн? — Эвер тихонько окликнул драконицу в надежде добиться ее благосклонности. Терпеть мрачный вид эйхарри не осталось никаких сил. — Иданн, если ты злишься, потому что я…

— На ерунду нет времени. Поторопитесь.

Вот и поговорили.

Прежде чем понуро опустить взгляд себе под ноги, Эвер успел заметить презрительное выражение на лице Фая.

«Вот, что происходит со шлюхами, — будто говорил тот, не размыкая губ. — Их бросают. Используют и бросают».

«Она тебя бросит. Возьмет все, что ты сможешь ей предложить, и отправится искать новую жертву».

Но ведь он дал ей не все. Скорее, это Иданн устроила ему ночью праздник.

Думать о том, что она для него сделала, было стыдно и сладко. Ни одной эльфийке такое не пришло бы и в голову, он уверен. Взять в рот мужской детородный орган… Да любая женщина из его народа, предложи ей муж нечто подобное, оскорбилась бы до глубины души.

Из дома бы выгнала наглеца! Обозвала бы грязным извращенцем и отлучила бы от постели на месяц.

А Иданн, гордая, могущественная королева, сама… И не посчитала это унижением. Кажется, ей даже понравилось. Во всяком случае, он не заметил на ее лице ни капли брезгливости.

Ради него. Все это Иданн сделала ради него, потому что другая форма близости после пережитого насилия могла пробудить болезненные воспоминания.

Но Иданн нашла, как доставить Эверу наслаждение, и ничего не попросила взамен.

Теперь, глядя на ее неестественно прямую спину, на напряженную линию плеч, Эвер понимал, что должен был ответить любимой на ласку. Должен был! Тоже языком… между ног.

Уши запылали. Сердце заколотилось часто-часто, но, к огромной досаде Эвера, не столько от предвкушения, сколько от нарастающей паники.

Рано, он не готов. Как бы сильно ни любил Иданн.