Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сама винтовка с примкнутым к ней штыком была Женьке в тягость из-за травмированного пальца, а ещё приходилось делать эти бессмысленные возвратно-поступательные движения с одновременным выпадом ноги и подачей корпуса вперёд. Какая же это была мука! Но Женя был дисциплинированным воином и гордился этим. Потому соплей не распускал и тяготы службы преодолевал стойко. Надо было учиться штыковому бою – учился, и у него это получалось не хуже, чем у остальных.

Кстати, занятия по штыковому и рукопашному бою проводили мастера-спортсмены.

Одним из них был заслуженный тренер СССР по фехтованию и рукопашному бою Семён Колчинский. Помимо него, среди инструкторов и курсантов было немало рекордсменов спорта СССР и мира. Одно отделение, состоящее из таких чемпионов, так и называлось – богатырским. Бойцы «богатырского отделения» легко справлялись с полной боевой выкладкой в дальних походах. Если молодые красноармейцы макет танка обычно «поражали» только одной учебной гранатой, то легкоатлет Митропольский «баловался», как правило, связкой из пяти штук.

Именно благодаря целой команде легендарных спортсменов деятельность ОМСБОНа впоследствии покрылась поистине неувядаемой славой.

На занятиях по рукопашному и штыковому бою учили действовать не только штыком и прикладом, но и лопатой, кинжалом, пистолетом. Помимо этого, оттачивались приёмы самбо, вольной борьбы и бокса. Каждое движение отшлифовывалось до автоматизма. У кого-то получалось лучше, у кого-то хуже, но эти тренировки впоследствии спасли немало жизней.

Где точно был в своей тарелке Женька, так это на лекциях по теоретической подготовке, поскольку обладал прекрасной зрительной и слуховой памятью. Ему было проще запомнить материал, как говорится, с лёту, чем тратить время на бессмысленную писанину и зубрёжку.

Однажды на занятиях по изучению устройства пулемёта, проходя мимо него, инструктор спросил:

– А вы почему не конспектируете, товарищ боец? – В его голосе прозвучали нотки зарождающегося конфликта: к нарушениям воинской дисциплины в подразделении относились предельно строго.

– Нет необходимости, товарищ лейтенант.

– Во-первых, когда к вам обращается старший по званию, необходимо вставать и представляться! Вы что, Устава не знаете?

– Виноват! Красноармеец Ануфриев! – вскочил Евгений.

– Во-вторых, что значит «нет необходимости»?

– Память хорошая.

– Ах, вон оно что, – ухмыльнулся инструктор, предчувствуя неминуемое разоблачение.