Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Теперь осталось точно узнать, нашли или нет Залихватова.

Несколько сотен метров до знакомой колодины. Нет, вроде всё нормально, Сергей и Уля проехали мимо задушенного им человека. Для полной уверенности Кулак слез с оленя, долго прислушивался, осматривался в насторожившейся тайге. Затем подошёл к колодине, приоткрыл мох, посмотрел на посиневшее лицо Залихватова, брезгливо поморщился, сквозь зубы процедил:

— Что, друг мой, начал припахивать…"

"Теперь он был в полной уверенности, что никто ничего не знает. Это значит, что он пока что вне подозрения и есть время на бегство.

В ту минуту Агафон не знал, что эту страшную игру, на кону которой стояли человеческие жизни, он проиграл. Проиграл первый раз за всё время похода к Кучуму. Он не знал, не видел, что с небольшого расстояния за ним наблюдают четыре пары внимательных, ненавидящих его глаз. Сергей, Уля, Костя и Загбой. Его спутники, кто с презрением и страхом смотрели на него из густых зарослей рододендронов с расстояния нескольких десятков метров.

Теперь все были уверены, что Агафон задушил Николая Ивановича и там, на переправе, подтолкнул на острые сучки Мишу.

А выиграла эту хитросплетённую партию Уля. Ещё вчера вечером, когда они вчетвером обсуждали создавшееся положение, девушка высказала мудрую мысль: «Любой хищник возвращается к своей жертве». Дальнейшее было делом времени.

Да, здесь, в тайге, Агафон играл роль хищника, может быть, даже дьявола, чьими жертвами стали ни о чём не подозревающие люди. А как обдуманно, жестоко он убивал их, приводило всех четверых в ужас.

И его действиям не было никаких объяснений.

А между тем Агафон заторопился назад, привалил мхом домовину, сел на недовольного оленя, поехал вниз, в лагерь. Угрюмая четвёрка, скрываясь за складками местности, последовала за ним. Теперь уже он, Кулак, оказался в поле тайного наблюдения, хотя и не догадывался о том.

Сборы в дорогу недолгие. Да и что собирать-то, когда всё приготовлено заранее? Агафон неторопливо ходит по лагерю, упаковывает котомки.

А из-под простреленного молнией кедра за ним следят внимательные глаза. Сергей прилип глазами к окулярам полевого бинокля, негромко, неторопливо отсчитывает каждое действие Дьявола (данное прозвище Агафон получил вчера, когда Сергей, Уля и Костя нашли Залихватова):

— Ах ты, гад! У него даже припасены два мешка под золото. Знал, куда шёл… Пересыпает в свои. А в наш — песок из ручья. Наверное, чтобы сразу не спохватились. Ты смотри, он его даже просушил заранее.