Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Вот доказательство! Ничто не может поколебать меня!

В Рождество Олений пик был таким же, как всегда: заснеженная гора, покрытая вечнозелеными деревьями. Глаза мои, уже привыкшие к кирпичу и бетону, болезненно щурились от громадности и ясности этого пейзажа.

Когда я приехала на холм, Ричард работал на погрузчике. Он разбирал балки для мастерской, которую отец строил во Франклине, рядом с нашим городком. Ричарду было уже двадцать два. Он был одним из самых умных людей в моей жизни, но у него не было аттестата.

Когда я проезжала мимо него, меня вдруг поразила мысль: а ведь он может всю жизнь просидеть за рулем этого погрузчика.

Дома я пробыла всего несколько минут, когда позвонил Тайлер:

– Я звоню, чтобы убедиться, что Ричард готовится к экзамену.

– А он собирается сдавать?

– Не знаю. Может быть. Мы с отцом его уговариваем.

– С отцом?

Тайлер рассмеялся:

– Да, с отцом. Он хочет, чтобы Ричард поступил в колледж.

Я думала, что Тайлер шутит, но через час, когда мы сели обедать, отец, набив рот картошкой, пробормотал:

– Ричард, я дам тебе целую оплаченную неделю, если ты сядешь за книжки.

Я ждала объяснений, и они быстро последовали.

– Ричард – гений, – через несколько минут сказал отец и подмигнул. – Он в пять раз умнее Эйнштейна. Он сможет опровергнуть все эти социалистические теории и безбожные рассуждения. Он будет учиться и свергнет всю эту чертову систему."

"Отец продолжал свои разглагольствования, не обращая внимания на реакцию слушателей. Шон ссутулился на скамье, прислонившись спиной к стене и глядя в пол.

Могло показаться, что этот человек вырублен из камня – настолько тяжелым и неподвижным он казался. Ричард был чудо-ребенком, даром Божьим. Он сможет попрать самого Эйнштейна. Перевернуть мир. Шон не смог. Он слишком многое потерял, когда упал с палеты. Один сын моего отца будет всю жизнь водить погрузчик, но этим сыном будет не Ричард.

Ричард показался мне еще более несчастным, чем Шон. Плечи его поникли, голова опустилась, словно отцовская похвала придавила его тяжким грузом.

Когда отец ушел спать, Ричард сказал мне, что попробовал пройти предварительный тест. Результаты оказались настолько плачевными, что он даже не назвал мне количество баллов.

– Да, вот такой я Эйнштейн, – простонал Ричард, обхватив голову руками. – Что мне делать? Отец твердит, что я должен вышибить из всех дух, а я даже не уверен, что смогу сдать экзамен.

Каждый вечер повторялось то же самое.