Name: Вечный шах
Author: Анатолий Яковлевич Степанов

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Ирина надеялась, что до начала учебного года сумеет его вразумить, но самое главное – Кирилл жив и здоров, а в остальном пусть делает что хочет.

Мама с Гортензией Андреевной были твердо убеждены, что просто так больничный в консультации не дают и здоровье Ирины и ребенка под угрозой, просто она от них скрывает, и заставляли ее больше лежать, считая покой лучшим лекарством при беременности.

Ирина немножко с ними боролась, но быстро покорилась, и сейчас, уложив Володю на дневной сон, сама прилегла с книжечкой в своем любимом гамаке.

Глаза лениво скользили по странице, на которую падала причудливая кружевная тень от кроны яблони, но погрузиться в сюжет никак не получалось.

В летней кухне раздавались оживленные голоса, это мама с Гортензией Андреевной готовили угощение для очередного шахматного турнира.

– Растирайте сильнее, Гортензия Андреевна!

– Мария Васильевна, куда больше? И так стерла этот несчастный сахар в лагерную пыль."

"– О, ну тут вы эксперт, конечно!

– Конечно.

– Трите-трите, сахар должен полностью раствориться, чтобы ни крупиночки не осталось.

– А вы, Мария Васильевна, убавьте газ, потому что, если варить крем на таком сильном огне, образуются комочки, которые потом очень сильно портят впечатление от блюда.

– Спасибо, как-нибудь разберусь.

– Не сомневаюсь.

«Семья, – захлопнув книгу, Ирина улыбнулась, – просто надо помнить, что твоя семья состоит из людей, а не из идеальных мам, пап и ребятишек. Все разные, у каждого свои недостатки, свои желания, мечты и страхи. Все друг друга обижают, причиняют боль, даже если хотят добра.

Особенно если хотят добра. Порой они невыносимы, и далеко не всегда ты думаешь о них с умилением и нежностью, но одно знаешь твердо. Они тебя не предадут. Протянут руку в трудную минуту, удержат, если вдруг ты окажешься на краю пропасти. Но когда иначе, тогда беда. Когда семья отрекается от тебя, наверное, это и есть родовое проклятие, самое страшное из всех. Ты понимаешь, что никому не нужен и никто не поможет, раз тебя отвергли самые родные люди.

После безжалостной Искры Константиновны Вика знала, что просить о помощи бесполезно. Другая девушка закричала бы „помогите!“, дед выглянул бы в окно, спугнул Зубкова, и все. А бедная Вика привыкла рассчитывать только на себя. Она не знала, что порой жизнь наносит удары такой силы, что ты просто физически не можешь выстоять в одиночку. И никогда уже не узнает…»

Ирина смахнула едкую и горькую слезу. Какое мрачное дело, густо замешанное на совпадениях и всеобщей лжи.