Вторжение читать онлайн

В его воображении плыли инопланетные корабли различных расцветок и форм: серебряные конусы, синие тороидальные конструкции, снежно-белые, озарённые огнями сферы и розовые летающие блюдца.

«Неужели правда?..» — подумалось ему. Он ощутил леденящий холод озноба и, снова позвав Мишель, велел приготовить ещё мартини с водкой.

* * *В системе ОКС Лунная база считалась главной. Её построили на северо-западной окраине Моря Дождей, в том самом месте, куда добрался знаменитый русский луноход, совершивший посадку в этих местах в прошлом столетии[13] и проделавший путь в десять с половиной километров.

Теперь эта историческая реликвия находилась на высоком постаменте из лунного базальта, и сразу перед ней был вход в прозрачный купол шлюза. За куполом, на астродроме, стояли корабли Первого флота, далёкие потомки ракет на химическом топливе: тяжёлые крейсера «Тетис», «Аретуза», «Азов» и «Оберон», средние «Енисей» и «Прага», а также фрегаты и корветы. Традиция названий шла от морских флотов. Тот же «Оберон» был когда-то дизельной британской субмариной, железной лоханкой, ходившей со скоростью семнадцать миль в час и вооружённой тридцатью торпедами. Новый «Оберон», чудовищная башня из суперпрочного композита, делал семнадцать миль в секунду и мог без труда уничтожить военно-морские силы всех держав двадцатого столетия.

Флот располагался на поверхности, а что до базы, то её закопали в лунный грунт на глубину от ста до ста восьмидесяти метров.

Термин «база» к этому сооружению уже не совсем подходил, но военная ориентация не позволяла считать его городом. И хотя здесь обитали двадцать тысяч человек, они назывались не жителями, а персоналом — точно так же, как самый распространённый тип жилищ назывался не домом, а казармой. Казармы, однако, были благоустроенными, с индивидуальными ячейками приличной кубатуры, бассейнами, салонами для отдыха, пивными и кафе.

Два нижних уровня над реакторным залом, двадцатый и двадцать первый, предназначались для штаба ОКС.

Собственно, штаб занимал только двадцатый уровень, а двадцать первый числился резервным, на случай развёртывания сил и пополнения штабного контингента. Но все тут было сделано с тем же размахом, что и наверху: километровый проспект, восемь поперечных коридоров, тысяча двести залов и камер различного назначения, от рабочих кабинетов до сауны, медчасти и тюремного блока.