Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И поскольку они лежали непогребенные, убийство оставалось неотомщенным — Как вы думаете, давно это было? — хриплый голос Богата звучал угнетенно.

— Может, десять лет назад, а может, сто — ответил Кана. — Нужно знать климат, чтобы быть уверенным…

— Их застали сбившимися в кучу, — заметил Богат. — Ларсен! — обратился он к ближайшему разведчику. — Поднимись вверх и используй бинокль. Отныне будешь прикрывать нас сверху. Остальным продвигаться медленнее. Сунг, свяжитесь с нашими и доложите. Пока не видим ничего живого.

Но я не хочу, чтобы наших товарищей захватили так же!

Они медленно двинулись к концу долины смерти, опасаясь каждую секунду услышать грохот лавины. Но Кана, глядя на суровую местность, подумал, что косы вряд ли обычно обитают в ней. Сцена гибели могла быть следом какой–то войны, конечно, если ее причиной были косы. Его не оставляла мысль о следах зубов на кости. Некоторые примитивные племена поедали мертвецов, веря, что таким образом добродетели храброго врага переходят к его убийце. Но эти следы зубов вряд ли принадлежали гуманоидам.

На Фронне достаточно других пожирателей мяса. Тсор, огромное кошачье; хорю — птица или высокоразвитое насекомое (в информационной катушке не было уверенного утверждения), мелкие животные, которых приручили и использовали на охоте, точно так же, как древние лорды его собственной планеты использовали для забавы соколов. Были еще дитеры, о природе которых трудно было сказать что–то определенное: они были ночными животными и выкапывали ямы, чтобы поймать добычу.

Но эти загадочные существа обитали в болотистых джунглях южного континента. Оставался билл!! Но Кана считал, что эти смертельно опасные нелетающие птицы водятся только на равнинах, где скорость бега позволяет им уверенно настигать добычу. Более опасные, чем тсор, который редко нападает сам, биллы достигали двенадцати футов в высоту, у них был злобный характер и чудовищный аппетит.

Эта горная страна была почти лишена растительности, но колючек было очень много. Разведчики делали часовой привал, ели таблетки из своего рациона, отпивали немного воды и шли дальше.

Неровная местность вокруг могла быть лунным ландшафтом их собственной системы, лишенным всякой жизни. Когда сухое русло ручья, по которому они шли, разделилось надвое, Богат приказал остановиться. Оба новых каньона выглядели одинаковыми, хотя один поворачивал на юг, а другой — на север. Земляне, вздрагивая от ударов резкого ветра со снежных вершин, остановились в нерешительности.