Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Такая гармония – результат высокоразвитой цивилизации, для которой город – единый организм, а не набор индивидуальных жилищ разных вкусов и периодов. Пока Картру не встретилось ни одной надписи. Рольтх через равные промежутки на мгновение включал свой голубой фонарик, освещая стены. Когда они будут возвращаться, ему достаточно будет провести лучом, и голубые круги на стенах укажут обратный путь. Рейнджеры обогнули здание, выходящее на площадь, и оказались на улице. Тут их ноги почти по щиколотку погрузились в растительность.

Старая мостовая заросла густой травой. Впереди на расстоянии в полквартала сквозь щель между зданиями вырывался яркий свет. Они осторожно приблизились и увидели фонтан радужного блеска и воды. Вода падала в бассейн, край которого был проломлен. Маленький ручеек пробил себе дорогу в дерне и уходил в отверстие в древней мостовой.

– Никого нет, – прошептал Картр. Он не мог бы объяснить, почему шепчет. Но его не оставляло ощущение, что за ними следят. Он знал, что должен осторожно пробираться в тени зданий, иначе привлечет внимание… кого? Они осмелились покинуть защитную тьму и подошли к краю бассейна.

Теперь сквозь брызги воды и свет можно было разглядеть центральную колонну. На ней стояла статуя – больше натурального размера, если, конечно, жители зданий не были гигантами. Статуя сделана не из камня, а из какого–то белого материала, на котором время не оставило следов. При виде статуи и Картр, и Рольтх остановились на полушаге. Это была девушка, с поднятыми над головой руками, с гривой волос, свободно падающих до тонкой талии.

В поднятых руках она держала знакомый им обоим символ – пятиконечную звезду. Из концов звезды вырывались струи воды. Но девушка – она не бемми, она такой же гуманоид, как и они.

– Это Попата, дух весеннего дождя. – Картр вспомнил легенду своей сожженной планеты.

– Нет, это Ксити Морозная! – У Рольтха тоже были воспоминания, связанные с его тенистым холодным миром. На секунду они почти гневно взглянули друг на друга, потом оба улыбнулись.

– Она и то и другое… и ничего из этого… – сказал Рольтх. – У этих людей был свой идеал красоты. Но по глазам и волосам ясно, что она не с Фальтхара. А по ушам – она не из ваших…

– Но почему?.. – Картр с изумлением смотрел на статую. – Почему кажется, что я всегда знал ее? И эта звезда…

– Обычный символ. Его можно видеть на сотнях планет. Нет, она идеал красоты и действует и на нас. Они неохотно оставили фонтан и вышли на широкую улицу, шедшую прямо к центру города.