Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Может, сознательно запретили все, связанное с священными «богами», возможно, в результате общего упадка цивилизации – можно найти много объяснений.

– Может, это потомки рабов, оставленных здесь улетевшими хозяевами? – вступил в разговор Рольтх.

– Такой ответ тоже возможен. Но обычно высокоразвитая цивилизация не знает рабства. Рабы должны были бы смотреть за машинами, а у жителей города этим занимались роботы.

– Мне кажется, – начал Филх, – что на этой планете однажды должно было быть принято решение. И некоторые приняли одно решение, а другие – другое.

Некоторые улетели, – он когтем показал на небо, – остальные предпочли остаться, жить близко к природе и постепенно впали в дикость… Картр выпрямился. Что ж, пожалуй, это верно! Люди, делающие выбор между звездами и землей! Да, возможно, именно так и было. Именно потому, что сам он не так давно ушел в космос, он понимал такую возможность. И, может быть, именно потому, что народ Филха сам стоял перед таким выбором, принял решение и сейчас отчасти о нем сожалеет, тристианин первым сумел разгадать загадку.

"– Упадок, регресс… – вмешался Смит. Но Зацита покачала головой. «Если живешь только машинами и мечтой о власти, тогда да. Но, возможно, те, что остались, избрали лучший образ жизни.» Картр ухватился за эту мысль. Может, пришло время и его народу сделать выбор, который уведет их далеко от прежних дорог… или только назад… Время тянулось медленно. Наконец туземцы начали расходиться. Прождали еще пять часов после ухода последнего клана, потом убедились, что не встретятся с случайно задержавшимся.

И наконец в середине дня они спустились по склону и прошли между еще дымившимися кострами и остатками лагеря. У основания лестницы, ведущей к портику здания, они оставили мешки и тюки. 12 широких ступеней с выбитыми за тысячи лет углублениями вели вверх. На лестнице виднелись следы недавнего пребывания туземцев. Они поднялись по ступеням и прошли между мощными колоннами. Внутри было бы темно, если бы строители здания не покрыли его центральную часть прозрачным материалом.

Медленно, компактной группой прошли они по проходу в середину огромного зала. На три стороны от них расходились секции сидений, разделенные узкими проходами. На спинке каждого массивного кресла из какого–то прочного материала, неподвластного времени, был вырезан символ. С четвертой стороны находился помост с такими же креслами, причем центральное было поднято над остальными.

– Вероятно, правительственное здание, – предположил Зикти.