Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— О боже… Проклятье… Что же… Как же… Марк, кто это был⁈ Кто украл его⁈

— Не важно, Елена Анатольевна. Я провёл воспитательную беседу, и этот человек никогда не упомянет о том, что узнал из вашего блокнота. И… Так получилось, что я дал слово, что не выдам этого идиота. Извините.

— Нет, наверное, это к лучшему… Не знаю, как бы я смогла смотреть в глаза этому ученику после…

— Позвольте совет? Просто передайте группу целителей другому преподавателю, и забудьте.

Ничего такого не произошло — просто придурок-студент накосячил. Уверяю, он никому ни о чём не расскажет, даже если узнал что-то личное.

— Я… Спасибо, Марк, — снова залилась краской Белецкая, — Я уже и не думала, что ты отыщешь его! Как тебе удалось?

— Пусть и это останется моим секретом, — улыбнулся я.

— Ох… Эта твоя таинственность…

Белецкая неожиданно подошла ко мне и крепко обняла, прижимаясь всем телом, а затем поцеловала в щёку.

— Спасибо.

— Рад служить, сударыня, — я шутливо щёлкнул каблуками.

— Получается, теперь я твоя должница?

— Получается, что так, — согласился я, — И у меня есть прекрасная мысль, как вы сможете рассчитаться за моё «расследование».

Глава 23

Первый матч

Две недели спустя. Стадион «Арканума».

— Дамы и господа, с вами я, вот уже пять лет как бессменный комментатор турнира «Арканума» по чароболу, Василий Уткин! И в этот морозный, но ясный день настало время второй игры турнира академии! Сегодня на стадионе схлестнутся команды целителей и неведомых! У вторых в этом году серьёзные изменения в составе — целых четыре новых игрока, двое из которых первокурсники, а также новый тренер! И не абы кто, а скандально известный Вениамин Чехов, бывший игрок «Бурых медведей» и «Красных крыльев», которого выгнали из… О, из комментаторской будки я вижу, что господину Чехову не нравится акцент на его персоне, он показывает мне какой-то жест… Хм… Ладно, оставим его в покое, а то жахнет каким-нибудь заклинанием.

Приятный голос Уткина разносился над стадионом, усиленный магическим мегафоном, пока последние зрители занимали свои места.