Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Ряд исторических анекдотов приписывают маркизе манеру решать внешнеполитические проблемы в зависимости от того, как тот или иной монарх относится непосредственно к ее особе. Едва ли не самым известным из них является рассказ о действиях Жанны Антуанетты после того, как ей стало известно, что прусский король Фридрих II назвал свою любимую собаку «Помпадур». Это будто бы послужило главной причиной заключения в 1756 г. договора между Францией и Австрией, направленного против Пруссии. Однако этот договор был восторженно встречен во Франции.

Вольтер писал, что он «объединил королевские дома Франции и Австрии после двухсот лет заклятой вражды. Множество дипломатических соглашений и брачных союзов не смогло сделать того, что произошло в одночасье из-за недоброжелательности короля Пруссии, проявленной им по отношению к всемогущей особе [Помпадур], которую задели его грубые шутки…» Однако ни Вольтер, ни народ Франции тогда и не помышляли о кровопролитной войне, которая разразилась в результате этого договора и в европейской истории получила название Семилетней.

В ходе этой войны Франция в союзе с Австрией и Россией вполне могла оказаться победительницей. Тогда Людовик и Помпадур прослыли бы великими политиками. Однажды Фридрих, лишенный надежды на победу, даже помышлял о самоубийстве. Но приход к власти в России Петра III, большого поклонника прусского короля, отказавшегося от участия в войне, а также сокрушительное поражение французов под Росбахом привели Францию к полному краху.

Подписанный 10 февраля 1763 г. Парижский договор оказался выгоден только Фридриху, превратившему свое маленькое провинциальное государство в одну из лидирующих европейских держав.

Все это стало причиной волнений во французском обществе, традиционно приписывавшем все несчастья государства королевским фавориткам. А Помпадур была одной из самых ненавистных, хотя зла никому не причиняла. По Парижу распространялись сотни «пуассонад» — памфлетов, скабрезных стишков и эпиграмм. Что бы она ни делала, все было плохо.

Если в Версале давался бал, она была виновна в излишнем транжирстве, если бал отменялся, говорили, что фаворитка не хочет, чтобы король видел других женщин. Народное возмущение достигло таких размеров, что экипаж Помпадур перестал появляться на улицах Парижа, так как маркиза боялась подвергнуться оскорблениям. Во время поездок в монастырь к дочери ее карету забрасывали грязью, а в Опере фаворитку встречали издевательскими возгласами.