Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Если это действительно так, если не было сказано для красного словца, почему же эти мужчины издеваются надо мной? Обращаются так, словно я их вещь?

— А чего ты ждала? Что четверо взрослых и сильных мужчин лягут под твой каблук? Многомужество и матриархат – разные вещи!

— Не нужны мне они! Ни под каблуком, никак!

— Не хочешь никого любить – твое дело. Но выполнить свой долг ты тоже обязана!

Я так и стояла перед открытыми дверями лифта, хлопая глазами, когда куратор вышел.

— Ты одна! Единственная! Понимаешь? Я думал, ты умнее.

Чего тебе стоило проявить немного хитрости, немного мудрости, и вот ты уже дергаешь их за веревочки.

— Я не хочу никого ни за что дергать. И видеть никого не хочу. Особенно Сида, — едва сдерживая слезы прошипела я.

— Если ты не смогла найти к нему подход, то это только твоя вина. Поэтому иди к своему мужу, очередь которого настала, и займись делом!

Олд скрылся за поворотом, а я побрела по длинному коридору.

Я вернулась в свою комнату с надеждой, что на сегодня меня уж точно оставят в покое, и я не увижу ничьи лица.

Но не судьба. Сид пришел почти сразу же."

"— Как дела? Я соскучился! — он прыгнул на кровать и на руках подтянулся поближе к моему лицу.

— Ты серьезно? Просто «как дела»? Ты чуть не убил при мне человека. Сдал родного брата за то, что сам же позволял ему делать и теперь говоришь, что соскучился?

— Да. Именно так. Потому что ты моя. Только моя.

Его голос стал ниже и тише, а глаза наполнились тяжестью. Сейчас он выглядел именно так, как тот волк из сна.

Волк, готовый сожрать, растерзать, присвоить и никогда не отпускать.

Я попятилась назад, сминая простынь, пока сердце стучало в горле, а Сид продолжал подбираться ко мне. И когда я уперлась в изголовье кровати, пульс просто исчез.

Этот монстр не станет слушать меня. Сделает, что хочет.

Но он протяжно втянул воздух носом, осмотрел меня с ног до головы и остановил взгляд на кровавом следе, оставленном мною на простыне.

— Что с тобой? — хищный взгляд тут же сменился на взгляд заботливого папочки.

Что со мной? Если бы я понимала!

Через минуту меня снова сканировали роботы, и куратор зачитал диагноз «критические дни».

— Как это? — надо было видеть ошеломленные глаза Сида.

— Из-за стресса произошел сбой, видимо, — оправдался куратор.

— Не может быть! — не унимался тот.

Олд лишь недовольно закатил глаза и сунул ему в руки распечатку с результатами скрининга.

— Черт! — Сид выругался, скомкав бумагу и швырнул ее о стену.