Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

У него появился внезапный импульс - вдребезги разбить лысый, лоснящийся череп буфетчика, врезаться с ножом мясника в рядок прислушивающихся людей, окропить грязные стены их кровью, крушить, убивать. Но агрессивность - реакция нежелательная и, безусловно, патологичная. Он преодолел нездоровый импульс и вышел на улицу.

Фирмен продолжал прогулку, борясь с желанием пуститься наутек: он ожидал, когда же логика подскажет ему, что делать дальше. Однако мысли все больше путались, и, когда наступили сумерки, Фирмен готов был свалиться от изнеможения.

Стоя на узенькой, заваленной гниющим мусором улочке в районе трущоб, в окне второго этажа он заметил вывеску, сделанную от руки: ""Дж. Дж. Флинн, терапевт-психолог. Может быть, мне удастся вам помочь"". При мысли о всех высокооплачиваемых специалистах, к которым он обращался, Фирмен криво усмехнулся. Он пошел было прочь, но повернул и поднялся по лестнице, ведущей в приемную Флинна. Опять он был недоволен собой. Увидев вывеску, он в тот же миг понял, что пойдет к этому врачу.

Неужели он никогда не перестанет лукавить с самим собой?

Кабинет Флинна был тесен и плохо освещен. Со стен облупилась краска, в комнате застоялся запах немытого тела. Флинн сидел за деревянным неполированным письменным столом и читал приключенческий журнальчик. Он был маленького роста, средних лет и уже начинал лысеть. Он курил трубку.

Фирмен собирался начать с самого начала, но неожиданно для себя выпалил:

- Послушайте, у меня страшные неприятности. Я потерял работу, от меня ушла жена, я испробовал все существующие методы терапии.

Что вы можете сделать?

Флинн вынул изо рта трубку и взглянул на Фирмена. Он осмотрел его костюм, шляпу, туфли, как бы прикидывая их стоимость, затем спросил:

- А что сказали другие врачи?

- Их слова сводились к тому, что мне не на что надеяться.

- Конечно, так они и говорят, - подхватил Флинн, быстро произнося слова высоким и четким голосом. - Эти модные молодчики слишком легко сдаются. Однако надежда есть всегда. Разум - странная и сложная штука, друг мой, и то и дело.

Флинн неожиданно умолк и печально, иронически ухмыльнулся:

- Ах, да какой в этом толк? У вас уже появился обреченный взор, никуда не денешься. - Он выколотил трубку и устремил отсутствующий взгляд в потолок. Вот что, я для вас ничего не могу сделать. Вы это знаете, и я это знаю. Зачем вы сюда пришли?

- Надо полагать, в поисках чуда, - ответил Фирмен, устало опускаясь на деревянный стул.

- Многие ищут, - словоохотливо сказал Флинн.