Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Шифу… Спасибо, шифу!

Чжоу Цзышу неловко кашлянул и приструнил его:

— Всё, хватит пустой болтовни! Сосредоточься на понимании рифмы, дважды повторять я не стану.

Примечание к части

∾ «Персиковые» глаза — по китайской физиогномике миндалевидные глаза, широкие в центре, с изгибом внешнего уголка вверх, влажным блеском и ясным взглядом.

∾ Лута (路塔) — досл. «придорожная пагода».

∾ «То, что давно разделено...» — продолжение: «таков путь вселенной». Фраза из романа XIV века «Троецарствие» (三國演義), авторство которого приписывается Ло Гуаньчжуну («天下大勢，分久必合，合久必分»), в значении: обстоятельства постоянно меняются.

∾ Асиньлай (阿伈莱) — неханьское имя, записанное на китайском.

∾ Бэйюань (北渊) — «северная бездна».

∾ «Если старый друг попросил помощи…» — идиома (两肋插刀) описывает обоюдоострый нож, в переносном смысле характеризует людей, придающих большое (вплоть до самопожертвования) значение дружбе.

∾ Вэй — имя поколения. Один иероглиф присутствует в именах всех членов семьи одного поколения (самостоятельно или с другим символом).

Примеры имён мастеров одного поколения из той же школы Цинфэн: Мо Хуайкун и Мо Хуайян, поколение «Хуай».

∾ «Горлицы, слышу, кричат…» — уникальная манера Цао Вэйнина цитировать поэзию: взять строчки из разных стихов с разным размером, перепутать что-то (горлиц с утками, например) и выдать на-гора. Первоначальные стихи: «Встреча Невесты» (关关雎鸠) из «Книги Песен» (Шицзин, 詩經), Песни царства Чжоу; «Тростники с осокой сини, сини» (在水一方) из «Книги Песен», Песни царства Цинь; «Песнь о красавице» (佳人曲), Ли Яньнянь.

∾ «Я научу тебя одной рифме...» — «мнемонические правила», инструкции, зарифмованные для облегчения запоминания.

Том 2. Глава 27. Резня

Он понимал, что спит, но сон казался слишком реальным."

"Он ждал уже долго. Так долго, что кожа под маской перестала чувствовать порывы колючего ледяного ветра. Он был спокоен. Настолько спокоен, что сердце билось даже медленнее обычного. Солнце завершало путь по небосводу.

Ночь вступала в свои права. Чжоу Цзышу бесстрастно наблюдал. Он давно привык отстраняться от происходящего. Привык отделяться от своей человеческой сущности, способной испытывать сострадание, сомнение и муки совести. Это была неосознанная самозащита. Единственный способ не сойти с ума. Не думать. Выполнить задачу.

Он — лишь пара рук, не более.

Он — лишь пара окровавленных ладоней, на которых держится мир в Империи.