Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Загадочный мужчина, увязавшийся за Чжоу Цзышу. Глубоко уверен, что Чжоу Цзышу носит маску на лице, и то и дело пытается раскрыть его секрет. Гомосексуал и не скрывает этого.

После побега из столицы Чжоу Цзышу мало что могло вывести из равновесия. Технически он уже покончил жизнь самоубийством, поэтому преспокойно поедал лепёшку, воспринимая вульгарную брань старого рыбака как приправу.

Лодка плавно рассекала течение, с берега доносился мелодичный женский голос:

— Водяные каштаны! Желаете приобрести водяные каштаны?

Время замедлилось, подобно безмятежным волнам реки.

«Даже если я умру здесь и сейчас, оно стоило того», — с лёгкой печалью подумал Чжоу Цзышу. Подобное ощущение уже возникало у него в Пэнлае, возле легендарной Горы Бессмертных. Но затем Чжоу Цзышу потянуло увидеть живописные пейзажи солнечной Цзяннани, и он выдвинулся на юг.

Теперь Чжоу Цзышу набивал рот сухим тестом и размышлял, склонив голову набок. Раз уж он очутился поблизости от Трёх Знаменитых и Пяти Священных гор,[18] не посетить их было бы непростительной оплошностью.

Поэтому идея о том, чтобы провести остаток дней в Цзяннани, тоже была отброшена.

Внезапно, словно подавившись слюной, рыбак прервал свою вдохновенную ругань. Вытянув шею и склонившись к борту, он напряжённо уставился на берег. Заинтригованный Чжоу Цзышу высунулся из-под навеса.

По набережной шли двое: мужчина в сером и молодая красавица в фиолетовом, которых Чжоу Цзышу недавно видел в таверне. Старый рыбак не сводил с них пылающего взгляда.

Проглотив с трудом пережëванный кусок лепешки, Чжоу Цзышу внимательно присмотрелся к лодочнику. Пульсация на висках под непослушными седыми волосами и крепкие жилистые руки с широкими ладонями подсказывали, что старик неплохо владеет боевыми искусствами. Определённо, он был не так прост, как могло показаться на первый взгляд.

Учитывая настороженность старика, те двое также вряд ли были обычными людьми. Девушка вела себя непосредственно и оживлённо, однако почтительно держалась на расстоянии в полчжана[19] позади мужчины, не смея переступать границу приличий.

Судя по поведению, она, скорее всего, являлась служанкой или наложницей человека в сером. Хотя бойкая девчонка обладала вздорным нравом, её внешность пришлась Чжоу Цзышу по вкусу. Но девица уже принадлежала другому, поэтому Чжоу Цзышу отвернулся и снова сосредоточился на чёрствой лепёшке.

Куда ни плюнь, везде стычки — таков был цзянху.