Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Знаешь, что любопытно? Ты ему действительно дорог, — беззаботно улыбнулся Седьмой Лорд. — Что ещё любопытнее — я никогда не видел, чтобы ты был так поглощён другим человеком. Если подумать, это чертовски мило.

- - - - -

Выйдя в маленький дворик, Чжан Чэнлин прилежно повторял рифмы, шаг за шагом оттачивая последовательность стоек. Но сердцем и мыслями он витал далеко от занятий. Столько людей собралось в одном месте, столько событий произошло за короткий срок, что трудно было сосредоточиться на отработке навыков.

Мальчик уже мечтал отправиться с Гу Сян и Цао Вэйнином на поиски Е Байи. В конце концов, Чжан Чэнлин не был совсем уж бесполезным идиотом! Пусть он был не самым сметливым и проворным отроком, но вполне мог пригодиться в дороге.

Чжоу Цзышу не особенно ругал ученика за историю с Чёрной Ведьмой Гу. Строго расспросив Чжан Чэнлина о подробностях, шифу удлинил его ежедневные тренировки на два часа[431] и этим ограничился. С одной стороны, Чжан Чэнлин повёл себя опрометчиво, увязавшись за похитительницами Гао Сяолянь, но с другой стороны, парнишка показал свой потенциал.

Было поистине поразительно, что наперекор жестоким испытаниям этот ребёнок сохранил чистое сердце! Чжан Чэнлин никогда не храбрился, но, если от него действительно требовалась смелость, он неизменно оправдывал ожидания. Чжоу Цзышу всегда считал, что птенцу полезно разок-другой приложиться о землю. Что толку расти целым и невредимым, вечно прячась под чужим крылом? Летать таким образом не научишься.

"Чжан Чэнлин сам размышлял об этом. Он не мог вечно прятаться за спину учителя. Чжоу Цзышу муштровал его без перерыва — как крестьяне откармливают уток. И Чжан Чэнлин изо всех сил старался проглатывать всё, что клали ему в рот. Но шифу не мог до конца дней разжёвывать для него каждый кусок. Большинство знаний Чжан Чэнлин зазубрил, не понимая смысла, и уже чувствовал, что этого недостаточно. Чтобы продвинуться дальше, ему хотелось получить собственный опыт, проверить силы и обрести самостоятельность.

Вдобавок здоровье учителя так пошатнулось, что сидеть у него на шее стало совестно. Долг платежом красен, и теперь Чжан Чэнлин только и думал, чем бы помочь шифу.

Стоило мальчику увлечься грёзами, как сложная цепочка движений распалась, и пришлось вернуться к началу. Вэнь Кэсин наблюдал издалека эти позорные попытки, но не вмешивался, поскольку сам пребывал в душевном раздрае.