Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Пользуясь случаем, Чжоу Цзышу подзадорил Вэнь Кэсина:

— Благодетель Вэнь, подвернулась прекрасная возможность сделать доброе дело!

Вэнь Кэсин, всё это время испытующе наблюдавший за своим спутником, ощутил лёгкий толчок ногой под столом, едва заметно вздрогнул и машинально потянулся за пазуху.

— Твоя правда, — пробормотал он. — Нельзя бросать красавца в беде…

Несколько раз похлопав себя по груди, Вэнь Кэсин замер с довольно дурацким выражением лица.

— Чжоу-сюн…

— Хм?

— Что, если этого несчастного выручишь ты? — помявшись, предложил Вэнь Кэсин.

— Я уже сотворил много хорошего в жизни. Нет необходимости красть твою возможность…

Чжоу Цзышу широко улыбнулся. Вэнь Кэсин отбросил притворство и вздохнул, поникнув плечами.

— Помнишь, по дороге сюда я помог одному очаровательному молодому человеку, который споткнулся и упал? Он улыбнулся мне точно так же, как ты сейчас! Такой милый… Эх, разве я мог предположить, что он окажется карманником?

Чжоу Цзышу неверяще приподнял бровь и решил про себя, что обязан поупражняться в бесстыдстве, иначе непременно проиграет человеку напротив.

Чуть поразмыслив, он притянул рукав Вэнь Кэсина, тщательно вытер пальцы о ткань, затем достал из своего кошелька серебряный слиток и перекинул через перила. Слиток приземлился точно на голову подавальщика. Шокированный служка приготовился поднять крик, но мигом умерил праведный гнев, осознав, что получил больше положенного.

— Запиши долг молодого господина на мой счёт, — вальяжно бросил Чжоу Цзышу.

Подавальщик проворно подобрал серебро и удалился с поклоном.

Молодой человек в синем с признательностью посмотрел на Чжоу Цзышу и помчался к лестнице, чтобы лично выразить почтение.

Чжоу Цзышу указал на опустевший стол и строго предупредил Вэнь Кэсина:

— Доброе дело с меня, обед — с тебя. Будешь должен пару серебряных лянов.[109]

— Могу я уплатить телом? — вполголоса взмолился Вэнь Кэсин.

Чжоу Цзышу ответил невозмутимой улыбкой:

— Прошу прощения, я пока не выработал столь утончённый вкус.

Когда молодой человек поднялся наверх, два исчадия ада скрыли хитрые улыбки и приняли самый благопристойный вид, какой только возможно.

Словно они и впрямь были самоотверженными героями, в любой миг готовыми прийти на помощь страждущим.[110]

Юноша низко поклонился и представился:

— Меня зовут Цао Вэйнин. Пожалуйста, примите мою глубочайшую благодарность за вашу помощь.