Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Самые худшие предположения генерала начинали сбываться.

Действуя скорее интуитивно, чем по расчету, он отвинтил крышку топливного бака, поднес к горловине фонарик, качнул скутер. На самом дне колыхнулся тонкий слой высокоочищенного керосина. Точно такое топливо используется и в глиссере... Он проверил содержимое ближайших бочек. Солярка... Опять солярка... А вот здесь то, что надо! Теперь надо найти переливной шланг...

Вскоре струя горючего устремилась в пустое чрево индивидуального носителя.

Вначале это сопровождалось звенящим гулом, Верлинову казалось, что он разносится по всей округе. По мере заполнения бака звук приглушался. Когда отражающая свет поверхность приблизилась к горловине, Верлинов прекратил заправку.

«Пора уходить, – мелькнула тревожная мысль. – Могли хватиться, а если вернулся Христофор, он обязательно заподозрит недоброе...» Тревога генерала имела под собой основания. Вышедший на причал Никон услышал в сарае возню и обнаружил, что дверь отперта.

Он хотел поймать неизвестного в ловушку, но Верлинов предусмотрительно забрал замок с собой. Тогда Никон занял наблюдательную позицию в густом кустарнике и принялся нетерпеливо ждать, лаская вспотевшей Ладонью гладкую рукоятку ножа. Он покажет Оресту и всем остальным, кто бдительней несет охрану!

Темная фигура появилась в проеме приоткрывшейся двери. Никон напрягся, рука с ножом налилась зловещей силой. Два прыжка, и косо сточенное лезвие войдет под ребра злоумышленнику.

Но тот вел себя как-то странно. Раздался лязг металла, щелчок возвращенного на место замка. Значит, это не обычный вор... Человек повернулся, свет уличного фонаря осветил лицо. Никон едва сдержал возглас удивления: перед ним стоял друг хозяина – мистер Роберт Кордэйл! Хорош бы он был, если бы пырнул американца ножом! Но, с другой стороны, зачем ему под покровом темноты шарить в сарае? Тут что-то не так... Лучше всего рассказать об увиденном господину Христофору!

Спрятав снаряжение взломщика, Верлинов вернулся в дом.

На кухне громко спорили, никем не замеченный, он проскользнул в свою комнату. Вылазка прошла удачно. Правда, руки и ноги дрожали, сильно билось сердце, хотелось выпить... Зато он узнал очень важную вещь: «друг» Христофор держит его на крючке! Предоставил полную свободу, по первой же просьбе достал паспорт, оружие, а сам... Кстати, об оружии...