Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А победитель, как известно, получает все.

Инцидент с прапорщиком способствовал сближению, и вместо кино лейтенант Скороходов оказался в квартире Марины, где и остался ночевать. Поздней ночью, разморенный и пресыщенный любовью, он спросил:

— У тебя с этим Киреем было что-нибудь?

— Нет, — ответила Марина. — Лезет все время, наглый, как танк…

— Деляга! В пустыне он был! А я знаешь где был? — спросил, понизив голос, лейтенант.

— Я в подземелье бомбу закладывал! Еще при Верлинове… Там такие катакомбы… Крысы величиной с собаку! А бомба то ли атомная, то ли еще какая, они дозиметром все время мерили… Я думал, у меня после этого стоять не будет!

— Ну и как он сейчас? — Мягкая рука Марины проверила, как обстоит дело. — Устал, бедненький… Может, и правда после атома? Ну, мы его сейчас полечим…

Она скользнула вниз и поймала обмякшую плоть горячим ртом.

— Только ты не рассказывай никому! Это темная история. Что они там хотели… Потом замуровали шахту — и все! А недавно узнал — Дронов тайком нас ищет. Нас четверо было, остальные уволились и разъехались кто куда… Они так и говорили — лучше подальше, а то не сносить головы. Ой… Ой… О-о-о…

Излучение атомного заряда явно не повредило потенции лейтенанта Скороходова."

"Назавтра Марина с удовольствием вспоминала прошедшую ночь.

Где-то в периферийной области сознания задержался рассказ Васи, который он просил сохранить в тайне. Что-то в его повествовании увязывалось с другой, ранее слышанной историей. Девушка напрягла память. И вдруг, словно молнией, пробило мозг, соединяя участки, содержащие информацию об одном и том же деле. Машинистка Попова вспомнила допрос начальника института Данилова. И его показания о замурованном под землей ядерном устройстве, угрожающем главному объекту страны.

* * *Доклад «О нарушениях закона при экспорте российского оружия», который генерал-майор Коржов положил на стол Президенту, состоял из семи машинописных страниц. Хозяин читал внимательно, отчеркивая некоторые места толстым синим карандашом, который секретарь подтачивал несколько раз в день.