Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И точно, гэрэушники решили задачу, «летучие мыши» хоть куда доберутся… Упал Бейцов в ванной, прямо в своем коттедже, сломал шею. И все дела!

В последние годы за рубежом никого не устраняли, да и внутри страны с предателями цацкались, отдел «Л» атрофировался, как любой неработающий орган, а когда Комитет громили, от него и следа не осталось, как будто никогда и не было такого. Так что сейчас заочный приговор ничего не значил — не приедет же осужденный в Россию с просьбой: вот он я, шлепните меня, пожалуйста! Смертника отыскать надо, дотянуться до него — через заслоны охраны пробраться, линии сигнализации преодолеть, личных телохранителей нейтрализовать, исполнить решение Военной коллегии (что само по себе не так просто, а в условиях нелегальной деятельности на территории чужого государства задача стократно усложняется) да суметь вернуться, пройдя сквозь сумятицу поисково-преследующих мероприятий…

Кому это делать, если отдела «Л» в природе не существует? Вроде и некому… К счастью, только «вроде».

Потому что Министерство обороны в последние десятилетия разрушительным катаклизмам не подвергалось, ГРУ Генерального штаба оставалось на месте, да и подотдел физических воздействий никуда не делся. Сотрудники этого подразделения были похожи друг на друга, как торпеды, да в своей среде их «торпедами» и называли — крупные сильные тела, короткие стрижки, маловыразительные неподвижные лица, суровые, много повидавшие глаза.

Наиболее опытные, отличившиеся в боевых операциях за кордоном, вместо имен имели прозвища: Карл, Франц, Гор, Пьер… Таких «торпед» экстра-класса в подотделе осталось четверо, сейчас они с товарищами поминали Джона, погибшего в Москве во время совершенно обыденной по всем нормам и критериям операции, проводившейся год назад. Как раз об этом и говорилось в очередном скорбном тосте.

— Смерть Василия Вертуховского показала, что безопасных операций не бывает.

— Низкорослый человек с бледным, морщинистым лицом чуть покачнулся, выплеснув водку из налитой до краев хрустальной рюмки. — И вина за то, что случилось, лежит на каждом из нас, а на мне в особенности…

Начальник подотдела физических воздействий майор Плеско на миг замолчал, покаянно опустив голову. Невзрачный и щуплый, он являл полную противоположность подчиненным, хотя умел все то же, что и они, многое даже лучше.