Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А еще через час, Саша сидела в салоне самолета и смотрела в иллюминатор на оставшиеся далеко внизу горы.

Так закончился ее неудавшийся побег.

Глава 18

* * *Грохот взрыва раздался совсем рядом. Земля, осколки снаряда, ржание коней, грохот канонады… Все смешалось в один всепоглощающий кошмар.

— Ваше благородие, вы меня слышите? — голос Степана доносился как сквозь вату. Горячая кровь, стекающая по виску, заливала лицо, запах земли и пороха раздражал чувствительное обоняние, жаркие сполохи огня подбирались все ближе.

— Глеб Александрович, уходить надо! — надрывался денщик, — Господи, что ж вы такой тяжелый-то?! Гринька, подсоби! — крикнул он, и Оборский почувствовал, как его подхватили чьи-то руки и куда-то понесли…

— Голову, голову держи…

— Ить, уронишь же! Ах, ты, криворукий…

Удар, боль, и… Глеб вздрогнул и открыл глаза. Салон самолета, спящий на его руках Тема, напряженная Саша в соседнем кресле… Опять прошлое настигло его в самый неподходящий момент. Уж сколько лет прошло, а все снится тот последний бой под Екатеринодаром… Что-то слишком часто стали всплывать старые болезненные воспоминания.

* * *В Москве их встречали. Высокие, как на подбор, мужчины мгновенно окружили прибывших и, прикрывая с обеих сторон, провели к машинам.

Саша с тоской посмотрела на оставшийся позади аэропорт и покорно села в знакомый Хаммер.

Оборский устроился рядом. За все время поездки, он не проронил ни слова. Девушка чувствовала исходящее от мужчины напряжение и молилась, чтобы не случилось ничего ужасного.

Она боялась даже представить, что ее ждет. То, что она забрала детей и сбежала… Глеб не простит. Вопрос только в том, как ей придется отвечать за свой проступок.

Час пути пролетел незаметно. Саша не ощущала времени, она со страхом ждала расплаты.

Кованые ворота пропустили их в усадьбу и с гулким стуком захлопнулись за проехавшими машинами, отрезая все пути отступления.

Катюша, словно почувствовав, что она дома, решила огласить окрестности громким плачем, Артем тут же проснулся и тоже зашелся в крике, и так, в сопровождении их двухголосного концерта, все и ввалились в особняк.

Глеб отнес детей в свою спальню и поручил Татьяне заняться ими, а сам повел Сашу в ее комнату.

Девушка шла туда, как на казнь.

Дверь захлопнулась с громким стуком.

— Садись, — Оборский подвел Александру к креслу и усадил в него, — а теперь, постарайся связно объяснить мне, что произошло, и почему ты решила сбежать.

Саша посмотрела на оборотня и вздохнула.