Арестант читать онлайн

И Андрей Обнорский не стал исключением. Его вычислили, заманили в ловушку и стали выбивать из него информацию классическими методами гестапо. Андрей, в принципе, был обречен. Его спасла воля, спецназовская закалка, полученная еще в Йемене, и профессиональная работа ребят из пятнадцатого отдела питерского ОРБ. Обнорский убил двух боевиков и начальника контрразведки Антибиотика по кличке Череп. Это ничего не меняло… он оказался в ловушке: и бандиты не могли выкурить его из бетонного бункера, и он не мог выйти наружу. Когда сотрудники ОРБ установили подвал, где люди Черепа пытали Обнорского, жизнь в нем еле теплилась: проникающее пулевое, многочисленные ушибы и переломы, травмы головы.

Медики в ВМА сами удивились тому, что смогли спасти журналиста. Качество и количество ран и травм казались критическими. А он выжил."

"В госпитале Андрей провел больше двух месяцев. Иногда он впадал в состояние жесточайшей депрессии, замыкался в себе. В Питере стояло жаркое, засушливое лето. С помпой прошли Игры Доброй Воли… Андрей Обнорский не замечал этих событий.

Сначала он не замечал вообще ничего — полз по нейтральной полосе между жизнью и смертью. Изредка вспыхивали осветительные ракеты над головой, выхватывали разрозненные эпизоды прошедших событий. Драматических, жестоких, кровавых. Специалисты ВМА все же вытащили журналиста с проклятой нейтралки на территорию, обозначенную словом Жизнь. Срастили перебитую голень, сломанные ребра, но не могли заставить забыть. Депрессия давила, как бетонный свод того бункера… Перелом произошел, когда из Стокгольма прилетела Рахиль Даллет — Кат. После этого Андрей пошел на поправку. Самым лучшим средством психотерапии стал подаренный Катей сотовый «Эриксон». Они разговаривали теперь часто и подолгу. Если бы Обнорскому пришлось самому оплачивать эти разговоры… нет, это не для российского журналюги.

В начале августа Андрея навестил начальник пятнадцатого отдела ОРБ Никита Кудасов. После задержания Антибиотика Никите Никитичу досрочно присвоили звание подполковника, стали ценить… В реальной жизни это обернулось участием в бесконечных совещаниях, командировках, консультациях и т.

д. и т.п. и черт знает что еще. Работать Кудасову не давали.

После беседы с Никитой в садике Военно-медицинской академии Андрей испытывал противоречивые чувства. С одной стороны, Антибиотик в Крестах, обвинения, предъявленные ему, весьма серьезны. Часть его людей тоже на нарах. Часть — на кладбище. Империя Палыча понесла финансовые убытки и потери в живой силе.