Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Как только почувствует, что можно сесть на шею и свесить ножки, то обязательно подобное сделает. В этом он очень походил на испорченную излишним вниманием девочку.

К тому же, я тоже начинал нервничать. По целому ряду причин. К примеру, видел с какой тщательностью Григорий готовится ко встрече с презренными чертями. Будто от этого зависела наша жизнь. Он даже целый список надиктовал, по которому мне пришлось все покупать.

Перво-наперво взял с десяток бутылок водки. Такой дешевой, что, наверное, можно ослепнуть лишь после снятия крышки.

Более того, даже пьянчуга, стоявший за мной в очереди, укоризненно покачал головой. Мол, чего ж ты друг так себя не ценишь? Надо иногда и о здоровье подумать.

Еще я купил пару пакетов вина. Которое производилось даже не из виноматериалов. А скорее из опилок, на которых когда-то лежал виноград. Естественно, с добавлением этилового спирта. Потому что «питие должно быть и крепким, и легким». Откуда эту цитат бес взял — оставалось только догадываться.

Еды же пришлось напротив, купить хорошей.

Колбас и сыров из мясной лавки, овощей и фруктов в палатке у местного азербайджанца. Вишенкой на торте стал блок самых дешевых сигарет. С фильтром, но не тонких и без всяких кнопок. Григорий подозрительно хорошо знал, что любят черти.

А еще я взял самое важное. Монеты лунного серебра. Не все, само собой, иначе мы бы из леса вообще не вышли. Лишь небольшую часть.

Ехать нам предстояло порядочно. Можно было добраться до первого перекрестка вдоль дороги. Однако бес немного подумал, почесал рога и отмел эту идею.

По его мнению, селились там отщепенцы. Те черти, кому не нашлось места близ Большака. Тот же обитал там, где дремучие леса разряжались сплошными полосами болот. Проблема в том, что в нашей области таких мест достаточно. Но Григорий сказал, чтобы я не боялся, все мы найдем. Черт не иголка в стоге сена.

Для своих нужд я позвонил Зое и отпросился на завтра. Непонятно, как и что пойдет. А еще взял машину у Костяна. Тот сначала морозился, потому пришлось придавить хистом.

И не скажу, что мне это понравилось. Будто испугался собственной власти. Это же я любого человека что угодно могу заставить сделать. Даже то, что ему не нравится.

К тому же, неприятно было видеть послушного Костяна. Он будто неживой вдруг стал, пассивный, ничем не интересующийся. Я решил, что постараюсь не использовать хист на близких.

Теперь, когда я загрузил все в машину, осталось самое важное — узнать место, где ребенка подменили. Григорий успокаивал меня.