Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Закрыв глаза и засыпая, Пирелли думал о том, каким же надо быть человеком, чтобы жить, имея на совести такое…

Лука Каролла, одетый в монашескую рясу и плетеные сандалии, прошел через Эриче. Он нес на плече соломенную сумку, полную пакетиков с разнообразными семенами овощей и трав. Лука ненадолго задержался у овощного прилавка перед магазинчиком, потрогал спелые темные сливы и зашел внутрь. В магазинчике продавались сигареты, сладости, пряности, джемы, всевозможные фруктовые консервы и было полно мух. Казалось, владельцы крохотной лавчонки стремились на небольшой площади предложить покупателю все, что только можно.

Лука попросил килограмм слив и, дожидаясь, пока их взвесят, стал просматривать газеты. Его внимание привлек крупный заголовок: «Процесс над мафией продолжается». Лука склонился над прилавком с пряностями, но газеты притягивали его взгляд как магнитом. Уже уходя, он купил две газеты и сунул в сумку под сливы.

Оставшись в своей келье, Лука развернул газеты и разложил их на кровати.

Он переворачивал страницы так осторожно, как будто боялся, что стены услышат шорох бумаги. Лука прочел о нападках стороны обвинения на Пола Кароллу, который по-прежнему утверждал, что ни в чем не виновен. Затем прочитал кусок мрачной статьи про так называемого босса боссов, дона Роберто Лучано. Стук в дверь заставил Луку вздрогнуть.

– Кто там?

– Это я, отец Анджело. Можно с тобой поговорить?"

"Лука швырнул газеты под кровать, ногой затолкал их поглубже и открыл дверь.

В дверях сначала показался каркасный костыль, потом сам отец Анджело. Он протянул руку Луке, и тот помог старику сесть на кровать.

– Что-то случилось?

– А разве непременно должно что-то случиться, чтобы я тебя навестил?

– Нет, святой отец, конечно нет. Просто я как раз собирался пойти поработать. Мне нужно закончить с огородом, вы же знаете, я сею очень поздно, поэтому удастся захватить только самый хвостик лета.

– Лука, когда ты последний раз был на исповеди?

– Святой отец, я наложил на себя епитимью.

– Неужели? С каких это пор ты сам стал своим исповедником? Ах, Лука, ты и в детстве был таким же. Бывало, когда ты что-нибудь натворишь, украдешь или обманешь, ты всегда работал в огороде, чтобы загладить вину. Приходи ко мне исповедаться сегодня вечером.

– Хорошо, приду.

Лука помог отцу Анджело встать и выйти из комнаты. В дверях старик остановился.

– Дальше я и сам прекрасно справлюсь. Благослови тебя Господь, Лука.