Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Эй, Джо, она звонила в гостиницу!

Пирелли, который уже садился в такси, замер и обернулся к Джиганте:

– Что?

– София Лучано оставила сообщение.

У Пирелли екнуло сердце.

– Для меня?

– Нет. Она назвала фамилию и адрес шофера.

За две машины позади Лука Каролла нажал на сирену, подгоняя вставшее такси, и тихо выругался, раздраженный этой заминкой.

Пирелли сел в такси и с силой захлопнул дверцу. Джиганте забарабанил в окно:

– Э, а как же я?

– Мне надо встретиться с городским адвокатом! – крикнул Пирелли.

Такси тронулось, чуть не столкнувшись с задней машиной, которая попыталась его обогнать.

Пока водители переругивались, Джиганте громко спросил Джо Пирелли:

– Ты же, кажется, уже встречался с ним?

Пирелли открыл окно и высунул голову.

– Я тебя обманул! У меня было страстное любовное свидание с Софией Лучано! До встречи в гостинице!

Джиганте погрозил ему пальцем. Газета у него над головой отсырела и расползлась на куски.

– Врун проклятый, – буркнул он себе под нос.

Промчавшийся мимо «бьюик» обрызгал ему брюки.

"«Бьюик» с Лукой Кароллой за рулем свернул налево, в подземный гараж рядом с жилым кварталом Терезы Лучано, проехав всего в нескольких дюймах от Джиганте.

Если бы Пирелли обернулся с заднего сиденья такси, он бы его увидел. Неуловимый Лука Каролла был совсем близко, но комиссар думал о другом.

Он знал, что его шутка насчет Софии положит конец всем домыслам, многозначительным ухмылкам и перемигиваниям. Достав носовой платок, он вытер мокрое от снега лицо.

– Как провели Рождество? – Голос шофера искажался защитной перегородкой.

Он поправил зеркальце заднего вида. – Видно, к вечеру подморозит.

Пирелли молча кивнул. Ему не хотелось вступать в разговор. Он понимал, что уже никогда не сможет забыть Софию. Но между ними все кончено. Это было странное ощущение, словно какая-то часть его души сжалась до прежних размеров и встала на свое обычное место. Он вернется в Милан, сразу возьмет положенный отпуск и проведет его с Лизой, загладив вину перед ней. Мысли о собственной семье давали ему чувство защищенности.

Он в страхе думал о том, как много мог потерять.

София привыкла жить со своими секретами, оплетая себя паутиной лжи, чтобы не попасть в ловушку прошлого. Вот и сейчас ей не составило труда обмануть Луку. Вообще это оказалось проще простого, потому что ее уже не мучило чувство вины. Чем больше она сочиняла про свой разговор с комиссаром Пирелли, тем спокойнее становился Лука. Снег все падал, словно окутывая ее белым коконом.