Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Настолько туго, что единственный способ снять эти забытые Чумой штуки — разрезать их по коже, что неизбежно приведет к кровотечению, несмотря на всю деликатность.

Это намеренно, умно.

В этом году отец превзошел самого себя.

Пот стекает по лбу, щиплет глаза. Жара может сравниться с жарой Скорчей, и я сдираю рубашку, чтобы вытереть лицо. В горле уже пересохло от утреннего солнца.

Сначала найти воду. Противники — во вторую очередь."

"Я останавливаюсь, и мои ноги хрустят по растительности и грубой грязи под ногами.

Вздохнув, я смотрю на одну из грозных сосен, стоящих на моем пути. Я трясу головой и плечами, пытаясь избавиться от нервного напряжения, затем хватаюсь за самую нижнюю ветку и подтягиваюсь на ногах.

Да, я много раз взбирался на эти деревья, да, я поборол свой страх высоты. Но если страх побежден, это не значит, что с ним приятно сталкиваться снова и снова. И все же я здесь, взбираюсь на дерево, перебирая по очереди ветки.

Ветер дует, солнце слепит, а я продолжаю подниматься по сосне в поисках воды.

Спустя несколько минут, а может быть, и часов, с ноющими конечностями и колотящимся сердцем, я наконец-то добрался до вершины. Ну, последней ветки, которая выдержит мой вес. Теперь я нахожусь в воздухе на высоте нескольких сотен футов, а под ногами у меня только большая ветка. Я смотрю вниз и тут же жалею об этом.

Держи себя в руках, Кай.

Падение во время Испытания было бы жалким способом умереть и полностью испортило бы мою репутацию даже в смерти. С этими мыслями я вцепился в тонкий ствол дерева рядом с собой, вглядываясь сквозь листву в полог деревьев.

Мне кажется, что я снова в бальном зале, смотрю на море, состоящее из нескольких оттенков зеленого. Ветви, усыпанные листьями, колышутся на ветру, как еще вчера нарядные женщины на танцплощадке.

Вот.

Мой взгляд останавливается на разрыве между ветвями деревьев, на паузе в танце их листьев. Это — река, ручей, источник воды. В данный момент мне все равно, что это чертова лужа.

Я мучительно пробираюсь обратно к твердой земле, дыхание сбивается.

К тому времени, когда мои ноги коснулись почвы, солнце пробило себе дорогу по небу, сообщив мне, что уже поздний вечер.

И тогда я ухожу. В сторону воды, которой так жаждет каждый участник после того, как его накачали наркотиками и заставили часами продираться через лес. Отец сплел для нас ловушку, в которую мы все охотно попадаем.

Часы. Долгие, утомительные часы продирания сквозь листву — вот к чему свелась моя жизнь.