Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Вдруг я снова оказываюсь на той поляне, и топот ног превращается в стук барабанов, возвещающий об окончании Испытания.

Но никто не остановился.

Барабаны ничего не значили для нас. Мы все еще были в глотке друг у друга. Если бы не помощь Энди, Блэр разорвала бы меня на части и разбросала все, что от меня осталось, по полю, чтобы птицы могли полакомиться. Но то, что она не убила меня, не означает, что она не оставила на мне свой след. Точнее, несколько. Следы и изуродованную плоть, которую Целителям было чертовски трудно сшить обратно.

"Казалось, никто из нас не видел восходящего солнца и не слышал звуков барабанов. Мы были охвачены жаждой, отказываясь просто сложить оружие и сдаться друг другу. Флэши добрались до нас первыми, петляя вокруг и между нами. Затем подоспели Брауни, силой оттаскивая нас друг от друга. Меня грубо оторвали от Блэр после того, как мне наконец удалось прижать ее к себе, и перекинули через плечо крепкого мужчины, после чего понесли сквозь толпу зевак.

Но я была не одна такая. Всех окружающих меня соперников оттаскивали в отдельные вагоны, чтобы они остыли.

Нетрудно было догадаться, почему король хотел прервать бой и отсечь нас, пока мы не успели нанести еще какой-нибудь вред. Поскольку драться с другими участниками вне Испытания запрещено, то, подавив наш гнев, можно добиться того, что остальные Испытания будут еще интереснее. И еще более кровавыми.

Меня резко возвращает в реальность, я вспоминаю жесткий стул, на котором сижу, жесткое платье, облегающее мое тело, и таких же жестких участников рядом со мной.

Я двигаюсь в кресле, моя рука задевает жесткую руку принца, с которым я не разговаривала уже несколько дней.

Я провожу рукой под ребром, где почти ощущаю зазубренный шрам, подаренный мне тем самым мальчиком, который чуть не стал причиной смерти Джекса. Я украдкой бросаю взгляд на Кая, стоящего рядом со мной, спокойного и собранного, как всегда, несмотря на случившееся. Или так кажется. Я научилась хорошо различать трещины в его масках, разбирать его фасад.

Я вдруг понимаю, что Тила обращается к толпе, возбужденно жестикулируя. Мне неинтересно слушать, что она говорит, но толпа внимает ей. Им нравится это, эти Испытания. Меня тошнит от этого.

— …А теперь то, чего вы все так долго ждали! — Я наконец-то решаю обратить внимание на слова Тилы, которые она усиливает по всей арене. — Как вы все знаете, в этом году Испытания Чистки будут… уникальными.