Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я торопилась, боялась не успеть все узнать, во все вникнуть. За несколько месяцев я облетела все уголки земли, где я хотела побывать, будучи живым человеком. Невидимой я ходила по залам Лувра и по Великой Китайской стене. Взлетала на пик Эвереста и погружалась в Марианскую впадину. Мне не нужно было дышать, я не чувствовала холода и голода, в моей невидимой форме было очень удобно совершать такие вылазки. Я плавала рядом с китами и дельфинами, целовала в мордочку белую акулу и каталась на снежных вершинах айсбергов.

Я упивалась своими возможностями. Я открыла, что могу мгновенно перемещаться в пространстве — стоит только пожелать. Стоя на вершине Эйфелевой башни через секунду могла находиться на Эмпайр стейт билдинг, и через мгновение — у себя дома. В своей реальности.

Постепенно я начала понимать, что все эти земные чудеса я вполне могу создать у себя дома. И принялась строить свой собственный мир.

Я давно мечтала о дворце. Наверное, все девочки в детстве хотят ощутить себя сказочной принцессой. Я до сих пор помню, какое на меня впечатление в детстве произвел наш старый советский фильм «Золушка» с Яниной Жеймо в главной роли.

Я осмотрела много прекрасных дворцов и замков, и в своей «земной» жизни, и сейчас, путешествуя в бестелесной форме. И решила все-таки остановиться на миниатюрной копии Нойшванштайна в Баварии. Я в него просто влюбилась, когда мы с Сергеем ездили зимой в Германию в отпуск. Тщательно, шаг за шагом, каждую секунду сверяясь с базой знаний, я возводила свой дворец. Конечно, башенки и шпили носили лишь декоративный характер, я вообще не знала, что с ними делать и на экскурсиях там не была.

Поэтому внешний вид оставила, а внутри все сделала по-своему. Реально я жила в трех-четырех комнатах. Остальные служили выставками самых любимых музейных экспонатов. Я копировала да Винчи и Рембрандта, Моне и Ренуара. Несколько залов были отданы под моих любимых импрессионистов и романтистов. Постоянно сверяясь с оригиналами, я наводнила свой дворец мраморными скульптурами великих мастеров.

У меня стояли Аполлон Бельведерский и Дионис, прекрасная Афродита и Артемида Версальская. Спящая Ариадна радовала мой взор в спальне, а Амур и Психея в библиотеке. Было даже какое-то извращенное удовольствие ходить мимо воплощений в мраморе прошлых земных Богов мне, Богу теперешнему."

"Самые любимые экспонаты Эрмитажа почти полностью перекочевали ко мне в замок. Я как полоумная носилась по музеям земли, выискивая новую захватывающую дух редкость.