Чехов книга 8. Темный всадник читать онлайн

Зимин удивленно поднял бровь:

- На что? Она хоть и дурная, но я не скрываю, что и впрямь большую часть жизни провел с сиротской фамилией, которую дают тем, от кого официально отказались живые родители.

- Вы никогда не узнавали кто они? – спросил я раньше, чем успел остановить себя.

Мужчина отвернулся к солнцу и прикрыл глаза. Какое-то время он стоял так, позволяя ветру обдувать его лицо. И я подумал, что напрасно завел эту беседу. Но кустодий меня удивил:

- Пока я был совсем ребенком, то ужасно хотел узнать правду.

Даже сам себе дал обещание, что обязательно найду мать и отца, чтобы посмотреть в их глаза. Хотел узнать, почему они не бросили меня, как многих оставляют у ворот приюта. Зачем оформили отказную и обрекли меня стать зимним ребенком. А потом подумал, а вдруг все вовсе не так, как мне кажется? Может мать не захотела оставлять меня на январском морозе, боясь, что я замерзну, пока жрецы найдут коробку со мной у дверей. Или она хотела, чтобы я нашел ее спустя годы и дал возможность снять с души груз.

- Может так и было.

Зимин вздохнул и покачал головой:

- Нет. Все было иначе. Мать хотела отомстить обидевшему ее любовнику. А тот не пожелал забирать ненужного ему отпрыска.

- Так вы все же узнали? - понял я.

- Конечно. Странно было не воспользоваться возможностью, учитывая, где я работал. И работаю.

- Вы поговорили с ними? – тихо спросил я.

- Мне хватило увидеть могилу покончившей с собой женщины и мужчину-пьяницу, в котором мало чего осталось от человека, - буркнул мужчина и пожал плечами.

– И признать, что мой путь сделал меня тем, кто я есть. Видеться с братьями и сестрами мне незачем. Никто из них никогда не пожелал бы узнать, что мы родня.

- Мне…- начал я, но Зимин полоснул меня недобрым взглядом.

- Не вздумайте меня жалеть, Павел Филиппович. Мне этого совсем не надо. Поверьте, я бы не хотел другой жизни. И точно не пожелал бы поселиться в доме своего настоящего папаши, чтобы бояться, что меня отравят многочисленные претенденты на титул.

Мне по вкусу свобода, которой у меня не было бы, если я остался с обиженной мамашей и недалеким батей.

На это я лишь кивнул и решил, что не хочу лезть к Станиславу Александровичу под кожу. В конце концов, он на самом деле не производил впечатления страдающего от тяжелой судьбы. Даже когда не был Морозовым.

- Вы меня здесь бросите, да? – раздался неуверенный и удивленный голос девушки, которая уже немного освежилась и подошла к нам ближе.