Человек в чужой форме читать онлайн

И вот теперь от всей души хочется сказать что-то доброе, утешить, поддержать, а уже страшно, как бы чего не ляпнуть снова.

Кузнецов заговорил первым:

— Думаю, мы поладим. Давайте так решим: если понадобятся какие-то документы, отношения, запросы, что там по бюрократии положено, — уведомите. Поговорю с командованием, попытаемся уладить. Договорились?

— Спасибо! — выдохнул Колька, забывшись, схватил его ладонь. — От всей души… не подведу!

— Пока не за что. — Максим Максимович пожал руку, чуть притянув к себе, похлопал по плечу, уютно, по-свойски, точь-в-точь как батя.

Глава 20

И вновь на рабочем столе Акимова чисто и прибрано, но спокойствия это не прибавляло: дела-то Сорокин все себе забрал, как он выразился, «на ревизию».

— Готовь шею, — мрачно предупредил Остапчук, навостряя лыжи в очередной раз, «определиться» по чему-то.

— Саныч, вот как ты всегда сваливаешь вместо того, чтобы нагоняй получать? — поинтересовался Сергей, хмурый, серый и невыспавшийся.

— Потому что мои дела — мелочовка и кастрюли, — пояснил охотно сержант, — а ты, поскольку образованный, изволь и вкалывать, и получать по-крупному.

— Не, все хорошо.

Саныч искренне, по-товарищески, порадовался:

— Вот и славно. Здоровье тебе сейчас понадобится.

«Ну слава богу, как в старые добрые времена», — Акимов с невольным умилением взирал на красного, но по-предписанному безмятежного Сорокина, перед которым лежала отказная папочка с полузабытой фамилией «Павленко».

— Сергей, я понимаю, инвалид, но ведь не умственного же труда, — потихоньку, без злости и раздражения начал Николай Николаевич. Только глаз единственный отвел в сторону.

В бешенстве пребывал капитан, на это указывали раздувающиеся ноздри простецкого, картошкой, носа, нарочито медленные движения ухватистых пальцев, в которых с необычной ловкостью вертелся командирский карандаш. А главное — неторопливая речь.

— По каким, твою… резонам ты не произвел опрос одного из свидетелей, присутствовавших на месте происшествия? Почему вообще упоминания об этой особе, как ее?

— Галина Ивановна, — не без труда припомнил Акимов.

— Во-во, вот это. Почему даже упоминания о ней нет в оперативке?

— Так нет дела-то, товарищ капитан… вы только не нервничайте, — напомнил Сергей.

— А ты не указывай, что начальству делать. Не буди лиха, — то ли с задушевностью, то ли с ненавистью посоветовал Сорокин. — Итак, почему?

Сергей вздохнул.